Не знаю, сколько я пролежала так, мне казалось вечность, во рту пересохло, шум волн уже начал раздражать. А сверху на меня безучастно взирало суровое тёмно-серое небо.

— Куинн! — донёсся надо мной чуть сдавленный крик, как будто человек боялся услышать в ответ тишину. Следом раздался отчаянный лай и на моё лицо посыпались мелкие камешки.

— Я здесь, — прохрипела, сомневаясь, что меня услышат, но нет, моё шипение уловили.

— Она здесь! Несите верёвку! Кахир придержи пса!

— Анрэй…, — просипела, увидев через несколько минут, склонённое надо мной лицо мужа, в его глазах застыла боль, сожаление и решимость.

Пришла в себя снова в комнате, в крохотное окно пробивался тонкий лучик солнца. Голова раскалывалась, правая часть тела немилосердно болела.

— День сурка! — буркнула, радуясь, что говорить могу, — интересно, как долго я провалялась. И где Анрэй, надеюсь, он не покинул туат без меня?

Мои бурчания и попытки приподняться прекратила вошедшая в комнату Дерин, следом за ней вошёл сухонький старичок.

— Куинн, ты самая бедова девка во всём туате, — проворчал дед, — распахни рот, я гляну.

Я послушно чуть приоткрыла, понимая — видимо это тот самый лекарь, что обладает силой мысли и невидимостью. Так как прошлый раз он выписал меня, не обнаружив себя в этой комнате.

— А теперь глаза, — оттянув мне веко, холоднючими пальцами, пару раз хмыкнув, постановил, — можешь вставать.

Дерин стоящая рядом, молчала и периодически прикрывала глаза, слегка качая головой. Сообщив о моём чудесном выздоровлении, лекарь покинул комнату и тут же, девочка всучила мне в руки чашку с отваром.

— Пей и дай, я намажу тебя мазью, что Кара вручила.

— Спасибо, — поблагодарила девочку, забирая чашку с жутко вонючим отваром. Но после пары глотков, жаркая волна прокатилась по всему моему телу и боль стала отступать, — сколько я провалялась?

— Вечер и ночь, сейчас время к полудню, — ответила, аккуратно размазывая по моему правому плечу мазь, тоже не менее вонючую. Посмотрев на свою руку и бедро, я ужаснулась, одна сплошная гематома, кроваво-синяя, бугристая.

— На голове ещё была шишка, но Кара её проколола и спустила кровь, сказала может испортиться, — поделилась Дерин, продолжая осторожно намазывать.

— Как меня нашли? — падая с обрыва, в моей голове была лишь одна мысль. Я опасалась, что меня попросту не найдут, мало того я переживала, что упаду в воду и разобьюсь о камни.

— Пёс твой позвал, — хмыкнула девочка, — Анрэй был у нас, когда прибежала собака, она так громко лаяла у дверей, что мама начала сердиться. Папа и Анрэй решил прогнать её... Так давай набок повернись, я намажу спину.

— А дальше? — мне не терпелось узнать подробности.