— Анрэй, — чуть тише повторила, — я за тобой. Уйдём вместе…

Словно сомневаясь, медленно повернулся ко мне и замер, разглядывая. Он всё время, пытался, что-то высмотреть, это пугало и волновало одновременно.

— Я с тобой. Что нужно взять в дорогу? — эти слова, привели в чувство мужчину, он молниеносным движением очутился рядом со мной, подхватил на руки, прижал так, что стало трудно дышать и застыл.

Мы простояли в такой позе, наверное, несколько минут. Я боялась шевельнуться, казалось, что сейчас моему мужу не стоит мешать. Ему необходимо время осознать и успокоится.

— Будет тяжело, идти придётся долго, — прошептал муж, — я не должен тебя звать. Через семь дней меня объявят изменником.

— Плевать, — буркнула в ответ. Если я верно поняла, Анрэй против очередного нападения на соседний туат, так как людей после последнего набега осталось немного. А его папаша и старший братец-лис, высмеяли его. А теперь ещё поставили перед выбором, которого нет. Так или иначе будет смерть, что же… мне всё равно не понравилось жить в этом туате, да и без Анрэя непонятно, что со мной будет. Так что валим вместе.

— Нам негде будет жить, придётся строить хижину, — продолжил «расхваливать» дальнейшую жизнь с ним.

— Угу, замечательно. Построим так, как нам надо. И вообще, отпускай меня. Я тяжёлая.

— У тебя вес барана, — фыркнул муж улыбаясь. На его лице сейчас разгладились морщины между бровей, зато появились у глаз, которые светились счастьем.

— Вот спасибо, нашёл с кем сравнить. Пошли, хоть умоемся, раз у бани стоим, — проворчала я. Хотя в душе была счастлива, не знаю по чему, но осознание, что мы покинем этот дом, построим свой.

Будем жить подальше от всех этих неприятных мрачных людей, меня воодушевляло и несказанно радовало.

— Пойдём, — в голосе мужа, тоже были отчётливо слышно радостные нотки.

Зайти в баню не удалось, у двери на лавке лежал животом вниз, тот самый мальчишка, который обещал принести мне воды для умывания. Вся его спина была располосована, кровила, а местами полосы были глубиной в палец.

— Лиам, — воскликнула, подбегая к мальчику, — кто? Кто эта тварь?

— Тиши, успокойся. Он раб, — как само себе разумеющие сказал Анрэй.

— Он ребёнок! Лиам, потерпи, я сейчас что-нибудь придумаю, — я лихорадочно заметалась вдоль бани, — Анрэй, мне нужна вода желательно кипячёная, а ещё заживляющая мазь или отвар, чистая ткань на бинты.

Господи! Есть же здесь ранозаживляющая мазь?

— Куинн, успокойся, — рыкнул муж, — я сейчас приведу Кари, она знает, что делать.

— Хорошо, — пробормотала, — только быстрее.

Я снова подошла к ребёнку, аккуратно, стараясь не задеть рассечение ухо погладила по голове. Феликс, усевшись рядом, чуть слышно поскуливал.