Ооо, а ещё потребуется железо, а оно выдержит жар огня?

— Куинн? — обеспокоенно взглянул на меня муж, заметив мой задумчивый вид.

— Всё хорошо, — успокоила его, — я мечтаю о нашем доме. Уже представила куда и что поставлю.

После моих слов муж замер и сейчас стоял с невообразимо довольной улыбкой на лице.

— Идём, — потянула счастливого мужа к обозу.

До земель Куинн мы добрались к ночи. Стоянку сделали привычным кругом из повозок. Костёр уже вовсю пылал, отбрасывая отблески огня на измученные и разочарованные лица путешественников. Поздний ужин бурлил в котле, распространяя ароматные запахи.

Женщины занялись домашними делами, мужчины собравшись в отдалении, обсуждали планы на завтрашний день. А я, решила осмотреться и, отойдя шагов двадцать от стоянки, огляделась.

Открывшийся вид удручал. Передо мной простиралась большая каменистая пустыня, слева торчали отвесные скалы, а справа едва различимо просматривались силуэты огромных валунов. Земля была покрыта острыми камнями, серая безжизненная, поросшая редкими, скрюченными сухими деревцами.

И только нависающие над всем этим горы с причудливыми скалами, привлекали к себе внимание.

Их необычное строение, суровая красота, дикая мощь поражала. Изумление и восторг охватывало при виде грозной красоты горных пейзажей.

— И всё же, что-то здесь не так. Ну не мог отец, столь любящий свою дочь оставить ей эту каменную пустошь. А где цветы? Что-то я не вижу здесь долину цветов, только камни.

— Ты с кем говоришь?

— Кара, ты рассказывала, что отец Куинн, её любил. Тебе не кажется, что, если любят, такое наследство не оставляют.

— Сегодня был долгий день, завтра будет новый. Идём, тебя ждут люди, — как всегда, загадочно ответила травница.

— Хм… идём.

А люди действительно ждали, ужин был уже готов, но все почему-то застыли изваянием и только с моим появлением оживились.

«Снова какая-то традиция или правило! Трындец! Кара не могла предупредить»: мысленно простонала я.

Найдя мужа, я осторожно пробралась к нему и вопросительно взглянув, замерла в ожидании помощи.

— Ты должна налить первую чашку и окропить землю, — прошептал Анрэй.

— Спасибо, — поблагодарила мужа за подсказку. Это я могу, это я запросто.

Вернувшись к костру, налила похлёбки в миску, полную до краёв, не жалея и со словами «Счастья нам всем на этой земле» опрокинула наваристую жидкость на камни.

— Счастья! — разом воскликнули более ста человек, напугав меня до седых волос."

"После проведённого обряда народ подтянулся к костру и, найдя свободное место, приступили к ужину. Он прошёл в молчании, тишина давила, а воздух, казалось, звенел. Тёмное небо над головой и нависающие горы — пугали.

Дети, прижавшись к родителям, настороженно оглядывались и только Мейв, Дерин и Лиам в ожидании уставились на меня.