– Фильтр вон там, – Роман будто мысли мои прочитал, указав на прикреплённый к стене возле раковины красивый хромированный бак. – Я заказал завтрак – скоро привезут. Ты же знаешь, что я не умею готовить совершенно. Одежду тебе тоже привезут.

– У меня своя есть, – разговаривать с ним не хотелось.

– Но до неё тебе же ещё добраться нужно. Или поедешь в свадебном платье?

А вот и привычный должановский сарказм. А я уж думала, сколько ещё будет изображать из себя парня-мечту?

И вообще, я искала ванную.

Тут в дверь позвонили.

– Наверное, курьер. Я открою. И если ты ищешь ванную – она там, – Рома указал на дверь рядом с кухней, а сам ушёл в гостиную, чтобы открыть двери.

Я нырнула в указанную дверь и с облегчением обнаружила, что тут, слава Богу, она закрывается на замок. Сбросила Ромины халат и рубашку, сняла бельё и подвязала волосы, свернув жгутом. В просторной ванной были на выбор и душевая кабина и большая угловая ванная, раковина, шкаф с полотенцами и другими нужными принадлежностями. За застенком располагался унитаз, и даже стояло небольшое биде. И всё это в мягком единении песочного и кофейного цветов.

Встав под душ, я позволила себе расслабиться. Пусть хоть на пару минут забыть, в какой ситуации я оказалась. Просто позволить воде смыть свинцовую тяжесть с уставших плеч.

На кухне, куда я вернулась после душа, Романа уже не было. Зато на столе лежал пакет со свёрнутой одеждой. Чёрные лосины и удлинённая светло-серая туника. И, главное, размер сел один-в-один. Надо же.

Открыв холодильник, я осмотрела содержимое. Притрагиваться к заказанной Должановым еде не хотелось, поэтому я решила себе что-нибудь приготовить. Не умирать же с голоду.

Но едва я уселась за стол с тарелкой омлета, мой новоиспечённый муженёк нарисовался с двумя коробками какой-то китайской еды. Присел напротив и пододвинул мне одну, на что я никак не отреагировала. Рома небрежно пожал плечами, распечатал палочки и коробку и начал есть. Я засунула в рот последний кусок омлета, уже совершенно безвкусный от такой компании, и встала. Вымыла за собой посуду, разобралась, куда её убрать. Всё это время, в почти полной тишине, я ощущала, как жжёт между лопатками. Он смотрел, я это чувствовала. Тяжёлый взгляд давил на позвоночник и моё самообладание, которое вскоре и лопнуло, забрызгав всё вокруг.

– Передай, пожалуйста, соль, – попросил Должанов.

Серьёзно? Неужто в псевдокитайском ресторанчике, что в конце проспекта, плохо посолили?

Я нашла солонку на подставке над рабочей частью стола и протянула Должанову. Только вот ведь незадача, как только он уже почти взял её в руки, мои пальцы дрогнули, и стеклянная колбочка с солью разлетелась вдребезги, забрызгав пол осколками и припорошив солью.

– Ой.