Марьяна же вдруг снова захлопала ресницами и призывно улыбнулась Савве:

– Нет, он достал меня, – томно проговорила она.

Я напрягся, понимая, что МОЯ кукла решила флиртовать с участковым.

Совсем ты, Демидов, хватку теряешь, раз в твоем присутствии кукла твоему же приятелю глазки строит. Надо исправлять!

В это время Марьяна плавно подошла к посетительскому стулу, грациозно на нем устроилась и с милой улыбкой попросила:

– Ручку с бумагой мне дадите?

– Вам я готов отдать даже руку, сердце и ключи от своей квартиры, – выдал Савва.

– Я подумаю, – продолжала флиртовать моя кукла, пока я соображал, в какой момент потерял контроль над ситуацией.

Глянул на Савву, но он не отрывал взгляда от моей спутницы, которая была занята написанием заявления.

Охренеть! Приехали, называется.

Я хмыкнул, взял свободный стул, поставил его к столу и сел поближе к Марьяне, поглядывая из-за ее плеча на бланк заявления, который она заполняла идеальным каллиграфическим почерком.

– Госпожа Шумахер у нас Марьяна Калинина, – промурлыкал ей в ухо, удовлетворенно наблюдая, как девушка вздрогнула и повернулась ко мне.

– Товарищ капитан, мое имя вы услышали еще там, ночью, около полицейского участка, – с любезной улыбкой напомнила она.

Я промолчал, старательно пряча улыбку. Кукла мне попалась – палец в рот не клади."

"Подсел поближе, кладя ладонь на спинку ее стула. Ноздри защекотал тонкий, едва ощутимый аромат ванили. Снова захотелось взять в ладонь прядь длинных волос и пропустить между пальцами.

Марьяна задумчиво перечитывала заявление и машинально перекинула копну своих волос на одно плечо, открывая тонкую шею, на которой нервно билась жилка и поблескивала простая серебряная цепочка. Других украшений она не носила.

– Все, – наконец выдохнула она, подвигая бланк Савве.

– Отлично, завтра приеду и проведу с ним воспитательную беседу, – пообещал участковый, вглядываясь в строчки.

– Беседу? – округлила глаза Марьяна.

– Нет состава преступления, понимаете? Парень скажет, что влюблен и ухаживает, – попытался достучаться до нее Савва, – а за любовь не сажают!

Марьяна глубоко вдохнула, отчего ее грудь высоко приподнялась, позволяя мне рассмотреть чуть больше.

– Понятно, – выдохнула кукла и резко поднялась, – всего доброго!

Она неспешно вышла из кабинета под заинтересованным взглядом друга. Я потопал следом, но на пороге обернулся и выдал:

– Внеслужебные взгляды на потерпевшую…

Савва не сразу понял намек, а потом обиженно заметил:

– Сказал бы сразу, что твоя…

– Моя, – хищно подтвердил я и поторопился куклу догнать.

Глава 4

Марьяна

Я шла не оборачиваясь, но кожей чувствовала присутствие за спиной товарища капитана. И взгляд его на моем теле ощущался покалыванием множества мелких иголочек.