Возможно, приглянувшиеся там безделушки могли бы улучшить ваше самочувствие и поднять настроение. Барон выделил деньги.

Упоминание денег снова всколыхнуло во мне слова Джеймса.

«Кому нужна бесприданница? Баронство разваливается, того гляди, и вовсе несчастному барону придется продавать свой титул…»

Об этой части я совсем позабыла.

Нет. Будь я хоть сто раз аристократкой, но бездумно тратить деньги было чуждо моей натуре. Особенно те, которые я не заработала.

Отец Флоренс не был моим отцом. Даже если бы баронство не испытывало финансовых трудностей, тратить чужие деньги было бы все равно довольно неудобно и неловко.

Весь остальной мир считает барона отцом Флоренс, но для меня этот мужчина был незнакомцем. Мы жили в одном доме и ели за одним столом, но от этого он не стал мне родней.

Я была взрослой женщиной, когда умерла. В прошлой жизни отца у меня не было, меня воспитывала мама и бабушка. И сейчас подобные отношения были в новинку.

Как ведут себя дочери с папами? Это был непростой вопрос. В наивных фантазиях голову я не теряла.

Так что я начала с того, что стала считать барона своим добрым другом.

Из тела Флоренс мне деваться некуда, да и уже принято решение, что теперь я — это она. Пусть не полностью, но все же на лицо мы один и тот же человек. К тому же, статус у меня дочери барона.

Может быть, я никогда не смогу назвать барона отцом в своем сердце.

Но в моем положении грешно не попробовать.

Этот мужчина уже дал мне столько всего просто позволяя жить в этом доме и даря теплую улыбку за завтраком. В отличии от остальных, барон всегда был рад меня видеть.

Мы беседовали за приемами пищи, хотя случалось это и редко.

Нельсон Винтер обожал свои цветы и теплицу.

Там он проводил часы ежедневно, забывая про обед и ужин. Кроме совместного, время от времени, завтрака мы редко ели вместе.

Впервые в жизни я начала чувствовать какого этого — ощущать на себе отеческую заботу и любовь. И слова Лары о том, что отец беспокоился обо мне, были для моего хрупкого сердца как заживляющий бальзам.

Кому-то я нужна в этом мире. Я не осталась одна. Обо мне заботятся и хотят видеть счастливой. Мне так повезло.

— Хорошо, — вздохнув, я заправила каштановый локон за ухо. — Давай выберемся на прогулку.

Отец прав и мне не помешало бы проветрится.

На ум пришла спонтанная идея.

— Давай только захватим пару платьев, — указала недоумевающей Ларе на шкаф. — Те два, в самом углу; которое расшито жемчугом и то, с бриллиантами по линии декольте.

Принимать от барона деньги было по-прежнему неловко.

Прежняя Флоренс была ужасной транжирой, я была уверена, что во многом заслуга в том, что баронство пришло в упадок лежит в ее неукротимом шопоголизме. Каких только вещей не было в ее гардеробе.