Судя по сосредоточенному выражению глаз, уже включился в работу.

— Приметы у парня есть?

Пересказываю то, как описала его Лена:

— Я понятия не имею, кто это, как его искать и вообще, что делать.

— Может, Михаил? — и видя мое полнейшее непонимание, с укором добавляет, — Брат Марины. Я же тебе информацию давал.

— Я совсем забыла, — хлопаю себя по лбу, — так зависла на ее фотографиях в машине моего мужа, что на все остальное просто забила.

Лезу в стол, в самый нижний ящик и вытаскиваю две тонкие папки. В одной — ненавистные фотографии, во второй — всего пара листов. Родилась, училась, семейное положение, хобби, работа.

В графе «братья/сестры»: Прокин Михаил. Девятнадцать лет. Учится на заочном. Не работает. Еще со старших классов было несколько приводов в связи с хулиганством.

— Только малолетних хулиганов мне не хватало…

— Никакой он не малолетний. И если вина будет доказана, то отхватит по полной. Как и его сестра.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​ Даже мысль о том, что справедливость может восторжествовать меня не радует. Я чувствую себя разбитой:

— Саш, ты не знаешь, за что мне все это? Где я так накосячила, что теперь гребу полной ложкой?

— Боюсь, в таких вопросах я не компетентен. А вот с остальным помочь могу. Я правильно понял, что теперь следим за Мариной и ищем доказательства тому, что это был умышленный поджог и она к нему причастна?

— Да. Я бы еще в полицию обратилась, но не уверена, что они воспримут меня всерьез. У меня нет ничего кроме слов сотрудницы о том, что тот тип как-то связан с Мариной. А та запросто может сказать, что я ревнивая истеричка, которая мстит из-за мужа и наговаривает.

— Может, — соглашается он, — Вы еще здесь ничего не убирали?

— Нет. Ждали, когда пройдут все проверки. Я сегодня собиралась вызвать службу клининга, но не успела.

— Хорошо, что не успела. Сейчас я сам осмотрю, а потом подключу знакомого из полиции. Он такие дела любит. С пожарниками тоже поговорю, там свои люди есть.

— Спасибо, Саш.

— Рано благодарить. Я еще ничего не сделал, — он открывает свой рюкзак и достает оттуда одноразовые перчатки, — показывай.

Я отвожу его в помещение, в котором началось возгорание. Саша тщательно фотографирует каждый участок, задумчиво рассматривает черную дыру, оставшуюся вместо щитка.

— Ну что? — шепчу, едва дыша.

Жмет плечами:

— Будем работать.

Где-то глубоко внутри растревоженной души загорается крохотный огонек надежды. Мне хочется верить, что все у нас получится. Должна же эта дурацкая полоса когда-то закончиться.

Глава 13

— Как у тебя дела?

Мы встречаемся с Алисой в нашем любимом еще со времен студенчества маленьком ресторанчике.