Нежно касаюсь того запястья, что на подушке, отпуская заклинание магических оков. Опускаюсь аккуратно коленом на край кровати, стараясь не потревожить его сон раньше времени. И вот я уже ловко перебрасываю вторую ногу через мускулистый торс спящего мужчины.

Он просыпается мгновенно, дёргает одну руку, пытается схватить меня второй, но я, будучи наготове, перехватываю её в воздухе, отпуская вторую часть заклинания, чтобы уже через миг его притянуло к первому уже зафиксированному фрагменту вместе с мужским запястьем.

М-м-м, попался. Возможно, ненадолго, но нужный мне эффект достигнут.

– Камэли? – с негодованием восклицает Корим, буравя меня опешившим взглядом и напрягая запястья, прикованные магией к кровати. – Что ты здесь делаешь?

– А на что это похоже, ваше высочество? – мурлычу, улыбаясь.

И выравниваюсь, садясь на его живот, позволяя рассмотреть меня получше. Смотрю в сердитые глаза, в льдистом свете луны кажущиеся чёрными провалами, и неспешно веду пальцем по напряжённому мужскому прессу, слегка царапая кожу.

– Не могу даже предположить, – играя желваками, чеканит босварийский принц. – Сними заклинания, немедленно!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– А если я этого не сделаю? – интересуюсь лукаво. Знаю, что захоти он ударить и причинить мне реальный вред, никакие оковы его бы не сдержали. И у меня нашлось бы, чем встретить его ярость.

Но он не атакует. Лишь пытается взломать мои заклинания. Пускай пытается.

Закусив губу, рассматриваю свою опасную и такую притягательную добычу. И ладони сами собой опускаются на широкую мужскую грудь, скользя по гладкой коже, запоминая этот восхитительный жар… эту сталь напряжённых мышц… биение его сердца.

– Не играй со мной, девочка, – чуть охрипшим голосом произносит Корим, наблюдая за мной. – Зачем ты всё это затеяла?

– Может, как раз для того, чтобы поиграть? – вскинув бровь, отвечаю вопросом на вопрос. – Может… у меня фантазия такая… о вас? Вы ведь фантазируете иногда, ваше высочество? М-м-м? Может, даже… обо мне? Иногда…

И я понимаю, что попала в точку, уже по тому, как сильнее напрягаются его руки, как сужаются зло и хищно тёмные глаза, выдавая лёгкую досаду, как учащается его дыхание. Возбуждение, которое он не в силах побороть, ощущается буквально в воздухе, заставляя меня ликовать, желать его ещё больше, действовать ещё решительней.

Поднимаю руки и под пристальным немигающим взглядом снимаю с себя тонкую батистовую с кружевом камисоль, оставаясь теперь только в изящных панталончиках и чулках. Глаза Корима тут же прикипают к моей груди. Жадно. Восхищённо. Зло…

Нравлюсь? Вижу же, что да. Чувствую.