А Вано в это время спокойно вернул бы старые позиции, да еще и новые прихватил. А там, глядишь, попытался бы все захватить. Ведь неизвестно, с кем и с чем он мог прибыть в Город. А если приволок с собой пару сотен отмороженных абреков? И держит где-нибудь по деревням.

Левоев решил прервать разговор:

– Ладно! Поговорим, как вернешься. Все!

– Поверьте, Мирза, я не причастен к гибели ваших ребят!

– Сказал, все! Возвращайся!"

"Мирза отключил телефон. Задумался. А если Боксер прав? И в Город решил вернуться Вано? Сколотив в Чечне, где сейчас творится беспредел полнейший, приличную банду головорезов? Да еще каким-то образом пронюхав о планах, связанных с поставкой сюда наркотиков? В Чечне он мог узнать об этом.

Но тогда зачем ему было мочить Рудика с подельниками? Поднимать шум? Когда эффективней было бы, подготовив, нанести неожиданный удар? Но он поднимает шум. Почему? Стоп! А ведь это не так сложно и объяснить. Вано показывает Левоеву, что он вернулся и намерен подмять под себя Город. Якобы вместе с Боксером, вытеснив его, Мирзу. Убийством бригады он демонстрирует силу и серьезность своих планов. Мол, смотри, вот он я, пришел взять то, что захочу. Боксера он подставляет. Но война Вано не нужна. Бойня на руку ментам. Значит, продемонстрировав силу и намерения, Вано скоро должен выйти из тени и заявить о своих планах конкретно Мирзе. И тут возникнет ситуация, когда можно будет договориться. В конце концов, не страшно отдать грузину и полгорода, даже весь рэкет, лишь бы он не лез в наркодела. И Вано не полезет, ведь за дурью стоит Салман, а с Шергетом грузин связываться не станет. В противном случае его свои чечены по приказу из Чечни завалят. Так, так, так! Кажется, обстановка проясняется. Надо сегодня же обсудить ее с Багровым и Хромым. Вано на время затихнет. Этим временем следует воспользоваться. Возможно, заручиться поддержкой Салмана в случае чего. Но там видно будет! Да, вечером надо обсудить обстановку с помощниками и проиграть все варианты возможного и скорого развития событий.

Левоев выпил еще сто пятьдесят граммов коньяка.

Вся беда и роковая ошибка Левоева состояла в том, что он так и не связал гибель бригады Рудика с Тимохиным, списав отставного майора спецназа со счетов.

А этого не следовало бандиту делать. Впрочем, на подобную ошибку и рассчитывал боевой офицер. И это прекрасно понял генерал Феофанов, когда Крымов доложил ему о всех разговорах Левоева, после того как последний, озадачив помощников, распустил их и обсудил ситуацию с Боксером.

Он сказал в трубку:

– Теперь, Вадим Петрович, стало ясно, что главный удар по логову Левоева Тимохин нанесет сегодня.

Крымов согласился:

– Я тоже так думаю, товарищ генерал. Все же Александру удалось отвести от себя внимание Мирзы.