Эти воины были с копьями, наиболее эффективным оружием в складывающейся ситуации, когда нужно скорее сдержать, чем победить.

На лестнице закипел бой. Тут так же применялись копья, которыми угрюмовцы старались колоть противника сверху, находясь на ступеньках выше. А еще к баррикадам, выстроенным на участках стен так же подошли воины боярина, и там закипело противостояние.

«Долго не выдержат братья», — подумал я, начиная пятиться в сторону.

Нужно было воспользоваться тем, что мои соглядатаи, как завороженные смотрели на происходящее, лишь периодически поминая то Перуна, то Велеса, чуть реже Христа. Шаг, еще один, еще… Я знал, где должны были находиться мои воины, туда и нужно бежать.

Два десятка ратников, которые, если грамотно подойти к делу, могли бы многое совершить в сложившейся ситуации, например, можно создать еще один очаг сопротивления и оттянуть на себя силы кучковцев, были оттеснены в один из домов-казарм Кучково.

Пройдя незамеченным уже шагов семь, я развернулся и побежал в сторону одной из казарм в Кучково. В городкератники жили в двухэтажных домах, я бы сказал, что в многоквартирных помещениях. А еще добавил бы, что эти помещения были просто катастрофически пожароопасными, так как и на первом этаже, и на втором, были сложены печки из камней, лишь обложенных глиной, но все равно являясь почти что открытым источником огня.

Нужен кирпич и нормальные печи — это очень многое значит для жизни и важность печей становится понятна только лишь тогда, когда их нет. О чем я думаю⁈ Вокруг хаос и смерть с трудом успевает собирать свою обильную жатву, а я о кирпиче.

Поступь конной лавины я не увидел, услышал. Началась атака Кучково и княжескими силами. Где-то там, рядом с князем Юрием Владимировичем, должен находиться и Геркул. Выстраивалась во дворе детинца и боярская конница. Уверен, что Кучка сейчас поведет в бой именно их."

"Отвлекшись лишь на те секунды, которые понадобились мне, чтобы осознать творящееся вокруг, я уже не таясь побежал к дому-казарме. Сейчас все вокруг бегали, суетились еще пуще прежнего, так что на меня, мало чем, если только не ростом, отличающегося от других воинов, никто и не обратил внимание.

— Боярин требует всех к себе! — кричал я еще издали. — Князь прорвался. Воины бегут! Кучку убили!

Больше крика, больше невнятной, но сдобренной паникой информации. Да и не было тут много воинов, двери в дом-казарму охраняли всего-то трое ратников. Правда замок тут, на входных дверях, висел, и был он не менее массивный, чем тот, который я вешал в кровавой горнице.

— Ты из Братства? — спросил один из трех воинов-охранников у дверей. — Ты же гость боярина? Нас предупреждали, что можешь прийти.

И звучали слова растерявшегося бойца неуверенно. Страх… он тут ощущается везде.