Цок-цок на каблуках (на ней лишь красные шпильки) – к айподу, за наградой.

– Эту песню на айпод записал не я, – бурчу я и давлю на газ так, что нас обоих вжимает в сиденья. Ана чуть слышно вскрикивает, но все звуки заглушает рев двигателя.

Знойная Бритни надрывается изо всех сил, а Ана барабанит пальцами по бедру, беспокойно ерзает и крутится во все стороны. «Мустанг» поглощает дорогу миля за милей; пробок еще нет, мы мчимся впереди рассвета по шоссе I 95.

Следующая композиция – Дэмьен Райс, и Ана вздыхает.

Не мучай ее, Грей.

Не знаю, то ли из-за собственного хорошего настроения, то ли из-за нашего ночного разговора, или потому что мы едем к планеру… в общем, мне хочется рассказать, откуда взялась в айподе Бритни.

– Это Лейла.

– Лейла?

– Песню загрузила моя бывшая.

– Одна из пятнадцати? – Ана внимательно смотрит на меня, навострив уши.

– Да.

– Что с ней случилось?

– Мы расстались.

– Почему?

– Ей хотелось большего.

– А тебе нет?

Покосившись на нее, качаю головой.

– Мне никогда не хотелось большего, пока я не встретил тебя. – В награду мне достается смущенная улыбка.

Да, Ана, большего хочешь не ты одна.

– А с остальными четырнадцатью что случилось? – спрашивает она.

– Тебе список дать? Разведены, обезглавлены, скончались?

– Ты же не Генрих Восьмой, – возражает она.

– Ладно. Длительные отношения у меня были только с четырьмя женщинами, не считая Елены.

– Елены?

– Для тебя она миссис Робинсон.

Она замолкает, и я чувствую на себе испытующий взгляд, однако сам смотрю только на дорогу.

– И что с теми четырьмя?

– Какая вы любопытная и ненасытная, мисс Стил, – дразнюсь я.

– А сам-то! «Когда у тебя месячные?»

– Анастейша, мужчине нужно знать такие вещи.

– Разве?

– Мне нужно.

– Зачем?

– Не хочу, чтобы ты забеременела.

– Я сама не хочу. Ну, в ближайшие несколько лет, – задумчиво добавляет она. Меня буквально парализует осознание того, что в будущем Анастейша собирается жить другой жизнью, которая совсем не будет связана со мной. У нее появятся друзья, семья, возможно, муж. Разве не этим заканчивались мои отношения с другими нижними? И разве меня это не устраивало до сих пор? Когда-нибудь у нее родится ребенок, такой же своенравный и смешливый, как она сама.

И, конечно, от кого-то другого… эта мысль мне не нравится… Она моя!

– Итак, что было с остальными четырьмя? – не унимается Ана."

"– Одна встретила другого. Еще три хотели… большего. А я тогда не хотел. – И зачем я открыл эту банку с пауками?

– А остальные?

– Просто не сложилось.

Она кивает и смотрит в окно, а Аарон Невилл поет «Tell It Like It Is».

– Куда мы едем? – снова спрашивает она.

Уже близко.

– На летное поле.

– Мы ведь не в Сиэтл возвращаемся? – испуганно вскидывает она.