– Не стоит портить нервы из-за человека, у которого большие проблемы.

– С чего ты решил, что они у него есть? – удивилась Орехова.

– Тот, у кого мир на душе, не злится, не завидует, не унижает людей, – пояснил я, – а ежели такое желание присутствует, значит, все плохо у завистника.

– Шагай в подъезд, – распорядилась Таисия, – я не похожа, как ты, на идиота. Имею в виду князя Мышкина. Ты в курсе, кто он такой?

– Центральный персонаж романа Федора Достоевского «Идиот», – покорно ответил я.

– Что не так с Вадимом? – спросила Таисия, когда мы поднялись на четвертый этаж.

– Ничего, кроме того, что покойник не Брагин, – ответил я.

Орехова открыла дверь.

– Ванная слева, голубое полотенце на крючке – для рук. Приведи себя в порядок и ступай на кухню.

Когда я через минут пять вошел в кухню, там уже пахло выпечкой.

– Подогрела пирог с капустой, – объяснила хозяйка, – не магазинный – сама пекла. Есть чай, кофе, что тебе?

Я подумал, что сегодня уже выпил цистерну чая, и решил:

– Лучше кофе.

– Пожиже сварить или как себе? – осведомилась хозяйка.

– Себя человек не обидит, – улыбнулся я, – попробую, что вы любите.

Таисия взяла джезву.

– Теперь объясни, почему ты решил, что выносили не Вадика.

– Потому что сегодня утром я беседовал с Брагиным, и он выглядел иначе.

Орехова резко повернулась.

– Ты разговаривал с Вадимом?

Я попытался поместить свои ноги под небольшим столом.

– Вас в покойном ничего не изумило, и у него на шее висел медальон, который вы забрали. Легко сделать вывод: покойный является Брагиным. Но тогда возникает вопрос: с кем же общался я?

– У тебя не было фото того, к кому ты ехал? – предположила Орехова.

Я пустился в объяснения:

– Сейчас со снимками нет проблем. Мой помощник заходит в соцсети, и вот вам целый альбом, человек в разных видах: профиль, анфас, на море, дома, в офисе, в транспорте. Теперь люди сами о себе все выбалтывают, делают репортажи из супружеской спальни, ванной, на мой взгляд, это не этично, ну зачем демонстрировать любопытным не самые красивые ноги, животы или делиться интимными подробностями своей жизни.

Таисия поставила передо мной пол-литровую кружку с напитком цвета антрацита и села напротив.

– Брагин не владел речью. Интернетом пользоваться не умел, компьютера не имел. Он был глубоким инвалидом, мог себя минимально обслужить, ходил в туалет, умывался… ну, наверное, это и все. Еще ел самостоятельно.

– Как же он жил один? – изумился я. – На какие деньги?

– Мы с Аней, она в девятой квартире живет, покупали ему продукты, – вздохнула Таисия, – обе дружили с покойной матерью парня. Нельзя сказать, что Вадик совсем недоумком был. У него был интеллект, наверное, пятилетнего ребенка.