Во-вторых, приятной была эта обязанность для меня или нет, «все эти годы» я ее исправно исполнял!

– Луиза, погляди, это Сайнт! – воскликнула Бонни, поднося собаку к ней на руках, точнее, пытаясь нести, а на деле скорее таща его за собой, так как пес был слишком крупным для малышки.

– Я вижу, Бонни! – Луиза потрепала сестру по вьющимся волосам, как две капли воды похожим на мягкую кудрявую шерсть Сайнта.

– Мы можем взять его себе? Можно забрать его? – наперебой галдели девочки, окружив Луизу.

– Я буду заботиться о нем! – пообещала Лилиан.

– А я гулять с ним по утрам! – заявила Сибил.

– Ну а я тогда – днем, – предложила Гвен.

У Брэя вдруг запершило в горле – так растрогала его эта сцена, – однако он, как всегда, постарался сдержать свои эмоции.

– Видите ли, девочки, – проговорила Луиза, – дело в том, что Сайнт теперь принадлежит…

– Вам, – перебил ее Брэй. – Вне всякого сомнения, он должен принадлежать вам. Он уже вас заждался! Можете взять его прямо сейчас!

Восторг девочек был неописуем. Услышав, что Сайнт теперь снова принадлежит им, они завизжали так, что все предыдущие крики показались Брэю невинным лепетом.

"

"Передав спаниеля Луизе, Бонни подбежала к Брэю и обняла за талию. В первое мгновение Брэй невольно отпрянул, но, подумав, что Луиза может это заметить и ей наверняка не понравится, что он отстраняется от ее сестры, покорно застыл, позволяя тоненьким детским ручонкам обнимать его.

Раньше Брэя никогда не обнимал ребенок, и он не знал, как нужно отреагировать. Но тут Бонни прижалась щекой к его груди – и сердце Брэя защемило от нежности и еще каких-то чувств, которых ему никогда не приходилось испытывать ранее и которым он даже не мог подобрать названия.

Ему захотелось прижать малышку к себе еще крепче и сказать, что, если бы он знал, как они хотят получить своего Сайнта назад, тут же, не раздумывая, отдал бы. Но Брэй привык держать свои чувства в узде, хотя, как теперь ему казалось, это и не всегда хорошо…

Если бы дядюшка Луизы действительно потрудился расспросить всех, кто хоть что-то мог знать о Сайнте, то очень скоро узнал бы, что его забрал Брэй. В конце концов, в ту роковую ночь более дюжины джентльменов были свидетелями того, как Натан попросил Брэя позаботиться о собаке и как он пообещал.

Да что уж там, об этом, наверное, едва ли не весь Лондон знает, ведь последние два года во всех клубах и салонах только и говорят, что о клятве, которую Брэй тогда дал Натану, и даже в газетах об этом писали не раз.

Похоже, дядя Луизы просто солгал племянницам, что искал их собаку…

Брэю вдруг захотелось разыскать негодяя и задать ему хорошую трепку.