Более всего они опасались, что если Брэй станет членом клуба, то, чего доброго, станет водить туда своих беспутных друзей – Харрисона Торнуика или Адама Грейхока (что, впрочем, в конце концов и случилось)."

"Членами «Клуба наследников» Харрисон и Адам вряд ли когда-нибудь стали бы. Харрисон был всего лишь третьим в очереди за титулом (первым был его старший брат, а вторым – сын брата), а Адам – и вовсе четвертым (перед ним стояли дядя и два его сына). Однако в качестве приглашенных друзей Брэя Адам и Харрисон имели право посещать клуб.

Несмотря на то что если не все, то, во всяком случае, бо́льшая часть слухов о дуэлях, карточных махинациях и любовных похождениях Брэя соответствовала действительности, он отлично знал, что все это не может послужить препятствием для принятия его в члены «Клуба наследников».

Согласно уставу клуба, для того чтобы иметь право стать его членом, человек должен соответствовать всего двум требованиям: быть первым в череде наследников того титула, который он собирается унаследовать, и достичь совершеннолетия. Все остальное не имело ровным счетом никакого значения. И Брэй был благодарен Ситону за то, что тот в свое время напомнил его противникам об этих правилах. С тех пор Ситон, несмотря на разницу в возрасте, и стал едва ли не самым близким его другом.

Тем не менее сейчас Брэй не испытывал желания обсуждать с Ситоном, как, впрочем, и ни с кем другим, результаты своего визита к Луизе Прим, однако о самой мисс Прим ему, как ни странно, хотелось вспоминать – присесть где-нибудь в тишине с бокалом вина и думать о ней.

Брэй был уверен, что Луиза явно что-то от него скрывает, ведет какую-то двойную игру.

Не может быть, чтобы молодая девушка не желала выйти замуж за герцога лишь на том основании, что никогда ранее не встречалась с ним. Непременно должна быть какая-то иная, более веская причина… Неужели эта Луиза действительно считает, будто он виновен в смерти ее брата? Женская душа всегда была для Брэя загадкой…

Главный зал клуба, в котором джентльмены пили вино, был переполнен, и Брэй направился в библиотеку, которая, к его счастью, оказалась почти пуста, к тому же жарко натоплена, что было особенно приятно после промозглой погоды, царившей на улице.

Погрузившись в широкое кожаное кресло в углу рядом с камином, Брэй приказал подошедшему официанту принести ему бокал вина и, взяв с соседнего столика лежавший на нем последний номер «Таймс», развернул газету перед собой не столько затем, чтобы действительно погрузиться в чтение, сколько ради того, чтобы дать понять окружающим, что он не желает, чтобы его беспокоили.

Брэю не давал покоя вопрос: Луиза ответила ему категорическим отказом.