– Хопскотч поведал тебе какие-нибудь подробности этого дела? – вместо ответа спросил он.

– Никаких подробностей, одни туманные намеки на то, что если я за тебя не выйду, то от этого якобы каким-то образом разразится какой-то грандиозный скандал.

– Луиза, когда наш принц заключил пари, что мы с тобой поженимся, он поставил на кон собрание древних греческих мраморных скульптур.

– Что? – Луиза отчаянно заморгала.

– Ты не ослышалась. Его высочество изволил заключить пари с австрийским эрцгерцогом и поставил на кон коллекцию. Если мы с тобой не поженимся до начала июня, эти сокровища отойдут Австрии. Мистер Хопскотч уже не раз давал мне понять, что принц настаивает на нашей с тобой свадьбе.

– Про скульптуры мне Хопскотч ничего не говорил!

– Да он и мне не велел рассказывать об этом кому бы то ни было… Но, как я уже говорил, я всегда делаю что хочу и плюю на чужое мнение. И уверяю тебя: когда я в тот вечер шел к тебе заняться любовью, принц с его коллекцией был здесь абсолютно ни при чем. Я даже и не думал о нем в тот вечер! И мне совершенно все равно, в каком музее будут пылиться эти чертовы скульптуры, в английском или в австрийском… Если его высочество их упустит, надеюсь, это послужит ему уроком впредь быть осторожнее и не заключать столь безумные пари!

Луиза пыталась вникнуть в смысл сказанного Брэем, но слова его казались ей лишенными всякого смысла. При чем здесь какие-то мраморные скульптуры? Но Брэй, не давая ей опомниться, продолжил:

– А что касается Гвен, неужели ты действительно подумала, что я буду соблазнять твою сестру, после того как занимался любовью с тобой?

Во взгляде Брэя так явственно читалось, что он поражен и обижен столь нелепым подозрением, что девушка готова была поверить ему.

– Разумеется, нет, – прошептала она, но тут же поспешила добавить: – Не знаю… А что мне прикажешь думать, если я вижу ее возвращающейся из сада вместе с тобой?

– А ты не допускаешь, что мы с ней могли просто гулять и разговаривать? Луиза, – вздохнул вдруг он, – я тебя не узнаю… Подобные обвинения оскорбляют меня! Если хочешь знать подробности, расспроси ее сама, в конце концов!

«Твои обвинения оскорбляют меня!» Луиза не верила своим ушам. Неужели Брэй действительно это сказал? От него можно, конечно, ожидать чего угодно, но подобных слов – меньше всего. Это было так непохоже на того Брэя, которого до сих пор знала Луиза.