Напротив, она еще крепче прижалась к нему, продолжая плакать так, как еще ни разу в жизни не плакала.

Наконец – Луиза сама не знала, сколько времени прошло, – рыдания ее прекратились, перейдя в тихие всхлипывания. Глаза Луизы уже болели от слез, но оттого, что она выплакалась, стало легче на душе.

Лишь после этого Луиза обнаружила, что они находятся в гостиной, его светлость сидит на той самой кушетке, где она недавно пыталась заснуть, а она сама сидит у него на коленях. К тому же она по-прежнему одета в халат и ночную рубашку! Для молодой девушки появляться в таком виде перед мужчиной – верх неприличия. Однако Луиза продолжала сидеть на коленях герцога, прижавшись щекой к его груди, так что слышала биение сердца. И ей не хотелось двигаться, хотелось сидеть так вечно и слушать, слушать…

Луиза в последний раз всхлипнула, и слеза скатилась по ее щеке.

– Вы можете взять мой платок, – предложил герцог, откинув белокурый локон с ее лица.

Несмотря на то что в комнате было темно, лампа так и осталась в коридоре – и Луиза не видела лица герцога, она чувствовала, что он сейчас улыбается.

– Спасибо, – поблагодарила она, взяв платок.

– Надеюсь, вам полегчало?

Луиза кивнула.

– Вы обняли меня… Как вы догадались, что это поможет?

– Сам не знаю, – пожал плечами он, – но как-то почувствовал…

Слова герцога почему-то тронули Луизу до глубины души. Ей действительно хотелось, чтобы кто-то утешил ее. И она была рада, что этим кем-то оказался его светлость.

– Я слышал, – произнес Брэй, – если человека что-то беспокоит, его надо поцеловать. Якобы это успокаивает…

– Я тоже, кажется, слышала что-то подобное, – согласилась Луиза.

– Вам когда-нибудь приходилось чувствовать что-то подобное?

– Нет.

– Хотите попробовать?

– Хочу.

Герцог внимательно посмотрел ей в лицо, словно желая убедиться, действительно ли она этого желает. Луиза обняла его. Губы его светлости коснулись ее губ и начали ласкать их: сначала медленно, затем со все более нарастающей страстью… Луизе хотелось, чтобы поцелуй продолжался, но герцог вдруг оторвал губы от ее губ и взглянул ей в лицо.

– Ну как, помогло?

– Честно говоря, я думала, что наш поцелуй продлится дольше… – призналась она. – Может быть, нам стоит повторить?

Не дожидаясь ответа, Луиза сама коснулась губами губ герцога.

Луизе казалось, что с каждой минутой все ее существо наполняется новыми, доселе не изведанными ощущениями. И чем дольше длился поцелуй, тем сильнее Луизе хотелось, чтобы он длился еще дольше, чтобы он продолжался вечно.

Рука герцога раздвинула полы ее халата и коснулась груди, нежно лаская ее. Сосок тут же напрягся, с губ Луизы невольно сорвался блаженный стон, по всему телу пробежала дрожь.