Утром просыпаюсь, вижу и сразу настраиваюсь на новый день, что уже никогда не будет похож на день сурка, — обвела взглядом растерянных мужиков. — Всего доброго… Хорошего вечера. Прошу прощения, что потревожила…

Левон попытался перехватить руку, но меня было просто не остановить. Бросилась в толпу, пытаясь отделаться от странного навязчивого ощущения ревности.

Дура… Карина!

Он — бывший… Страница, которую ты перевернула, чтобы начать все с самого нуля!

Тогда откуда эти слёзы, застывшие в глазах холодными хрусталиками льда? Откуда дрожь, бродящая по позвоночнику? Откуда ощущение тяжелого взгляда, скользящего от затылка до задницы?

Знала, что смотрит. Мне не нужны доказательства. Куталадзе не мог иначе.

— Боровиков! — взвизгнула я, перехватывая нашего штатного юриста, пробирающегося к барной стойке сквозь дрыгающуюся в экстазе толпу. Бездумно, на эмоциях прижалась к нему всем телом. — Потанцуй со мной!

— Карин… Ты чего? — он рассмеялся, но спорить не стал. Его руки мгновенно опустились мне на талию, уничтожая расстояние между нами. — Весь вечер грустила, а теперь…

Симпатичный, голубоглазый, немного смазливый, но мне не замуж за него выходить. Достаточно было того, что он — не Левон Куталадзе!

А это уже преимущество.

— Всё хорошо? Ты плакала, что ли? — Гена чуть нагнулся, пытаясь понять, что произошло, пока меня не было.

Всё не то… Глаза не те! Пустые, холодные, чуть пьяные… Губы тонкие, нос аккуратный, почти аристократический. Генка всегда был гладко выбрит, что было для меня совсем непривычно. Лощеный, выглаженный аккуратист без брутальной небрежности, без ощущения бурлящей силы.

Он был другой…

Вот только какого чёрта я его сравниваю? Почему каждого подгоняю под шаблон, навязанный родителями? И как с этим бороться?

Слёзы и правда застыли в глазах, превращая и без того ужасный вечер в клубе в какую-то феерию фальши. Мне плохо, а я танцую. Мне бы взвыть в голос, а я улыбаюсь чужому мужчине, что слишком тесно прижимает меня к себе…"

"— Карина! — Боровиков чуть встряхнул меня, заставляя выпасть из паутины мыслей. — Хочешь домой? Давай отвезу?

— Я сам отвезу свою жену домой!!! — ЕГО бас разнесся над танцполом залпом автомата. Заглушил звуки, стер признаки жизни, уничтожил мир…

Боже! Я так хотела избавиться от этого наваждения, так хотела получить второй шанс на возможность самой выбрать то, чего хочу! Не родители, не муж, не сын… А я!

Но вместо того, чтобы убегать, сама иду к нему в лапы. Знаю, что схватит, но иду.