Она оказалась суровой женщиной, фанатичной баптисткой самых строгих правил, поэтому не сомневалась, что всех грешников ожидает адское пламя. В ее доме не было ни любви, ни сострадания, и Дэниел рос, страшась своей тайной вины и грозящего ему проклятия. Вскоре после убийства матери у Дэниела начались проблемы со зрением. Врачи утверждали, что они носили психосоматический характер.

– Сознание блокирует область, которую мозг не желает видеть, – объяснил доктор.

Линзы на очках с годами становились все толще.

В семнадцать лет Дэниел навсегда сбежал от тети Мэтти и из Техаса. Добрался до Нью-Йорка и там нанялся рассыльным в Международную ассоциацию защиты страховщиков. За три года он дослужился до следователя и стал лучшим из всех. Никогда не требовал прибавки к жалованью или улучшения условий работы. Его это не волновало. Он был Божьей десницей, Его карающим мечом и наказывал порок.

Дэниел Купер вылез из ванны и лег в постель. «Завтра, – думал он. – Завтра настанет день Страшного суда над блудницей».

Он жалел об одном – что этого не увидит его мать.

34Амстердам"

"Пятница, 22 августа, 8.00Дэниел Купер и два прикрепленных к посту звукозаписи детектива слушали, о чем разговаривали за завтраком Трейси и Джеф.

– Джеф, что тебе дать: сладкую булочку? Кофе?

– Нет, спасибо.

«Это их последний завтрак в жизни», – подумал Дэниел Купер.

– Знаешь, что меня больше всего радует? Наше предстоящее плавание на барже.

– У нас такой большой день, а ты говоришь о какой-то барже. Почему?

– Потому что мы там будем вдвоем. Думаешь, я сумасшедшая?

– Конечно. Но ты моя сумасшедшая.

– Поцелуй.

Раздался звук поцелуя.

«Хоть бы она немного разволновалась, – расстроился Купер. – Я хочу, чтобы она понервничала».

– Джеф, мне даже жалко уезжать отсюда.

– Посмотри на это с другой стороны. Здешний опыт нас нисколько не обеднил.

– Ты прав, – рассмеялась Трейси.

В девять часов они все еще трепались.

– Пора бы им начинать готовиться, – забеспокоился Купер. – Покончить с последними деталями. Что там с этим Монти? Где они встречаются?

Джеф тем временем говорил:

– Консьержем придется заняться тебе. И выписаться из гостиницы тоже. У меня много дел.

– Не возражаю. Консьерж здесь милашка. Почему у нас в Штатах нет консьержей?

– Это европейская традиция. Знаешь, с чего все началось?

– Нет.

– Во Франции, в 1627 году король Гуго построил в Париже тюрьму и назначил распоряжаться ею знатного человека. Он присвоил ему титул comte des cierges или concierge, то есть граф свечей. Тот получал два фунта и пепел из королевского камина. Впоследствии каждый, кто отвечал за тюрьму или замок, именовался консьержем. Потом такую должность ввели в гостиницах.

«О чем, черт возьми, они болтают? – недоумевал Купер. – Уже половина десятого.