В то утро я появилась в школе и поняла, что это день костюмированной репетиции рождественской пьесы, а я – единственная, кто забыл свой костюм. И вместо того, чтобы честно в этом признаться, сказала, что оставила его в раздевалке, ощущая ужас, подступивший к горлу. А потом, извинившись, вышла – якобы в туалет – и бросилась домой.

По пути я пересекала широкие улицы и нарушала все возможные правила движения, а в голове у меня билась одна-единственная мысль: «Домой, я должна добраться домой», – и перед глазами стоял волшебный костюм, висящий в чехле на двери моего гардероба.

Ничего вокруг я не замечала. Ни транспорта. Ни удивленных прохожих, в которых вреза́лась на тротуаре.

И вот такая же тошнотворная паника, только во много раз сильнее, охватывает меня сейчас, когда я продираюсь сквозь толпу на Паддингтоне.

«Домой. Я должна попасть домой».

Только сейчас у меня перед глазами стоит Бен.

– Осторожнее. Смотрите, куда идете, ладно?

– Да отвалите вы! – Я плечом сношу мужчину у себя на пути. Такая злая. Такая испуганная. А потом – такая виноватая. – Послушайте, мне очень жаль.

Правда. – И опять бегу и тороплюсь к расписанию, чтобы узнать, когда будет следующий поезд. Черт. Он только что отошел.

Я опять пытаюсь позвонить. Голосовая почта. Проверяю часы. До следующего прямого поезда – еще полчаса. На мгновение мне приходит мысль об аэропорте. Или вертолете… А можно где-то заказать вертолет? И только потом я понимаю всю невозможность и абсурдность этой мысли.

Когда опять звонит мобильный, руки у меня ходят ходуном. На экране зеленым написано имя Марка. Наверное, ему позвонила Полли и дала этот номер.

Во второй раз я переключаю звонок на голосовую почту. Он набирает еще раз. И еще раз я сбрасываю звонок.

На четвертый раз, устав от всего этого, подношу телефон к уху:

– Прекрати звонить мне, Марк. Я еду домой.

Теперь, когда я вновь смотрю на часы, мои губы и руки трясутся синхронно. Я еще раз пробую связаться с Беном, но на мобильном Эммы включен режим голосовой почты, поэтому я направляюсь к киоску с кофе, думая, что кофеин мне поможет, и присаживаюсь за грязный стол, покрытый крошками и липкими коричневыми кругами.

Я закрываю глаза, опускаю голову и еще раз представляю себе его – тот момент, когда я таращилась на фото на стене нового офиса Марка. У Эммы на фото короткая стрижка, и это первое, что бросается мне в глаза. Милый стиль аккуратного эльфа – волосы окрашены в более теплый каштановый цвет, отчего ее искрящиеся голубые глаза выделяются еще больше. На фото все обнимают друг друга за плечи. Это фотография команды. И рука Марка лежит на плече Эммы.

– Эта женщина… Мне кажется, я ее знаю.