Я сплевываю на ее дырочку, наблюдая, как она стекает в щель ее попки. Двумя пальцами я захватываю струйку спермы, которая стекала с ее тела на плед, и размазываю ее по запретной дырочке. Я проталкиваю немного внутрь тугого сфинктера, мой использованный и покрасневший член уже затвердел и истекает спермой, постоянно нуждаясь в большем количестве моего темного ангела.

— Ах, блять, — шиплю я, вдавливая головку члена в ее скользкую попку.

Я наблюдаю, как она заглатывает меня целиком, проталкиваясь все глубже и глубже, пока мои яйца не упираются в ее влажные половые губы. Болезненный стон вырывается из моего горла от того, как она раскрывается для меня.

— Снова использованная и грязная. Именно так, как ты мне нужна, детка.

Еще несколько толчков, и я вижу, как мой блестящий ствол исчезает глубоко в ее заднице, удовольствие практически сводит меня с ума, а мое тело воспламеняется, и я снова теряю себя.

Она — единственная, кто может понять мои потребности и принять меня всего лишь как психованного мужчину с извращенными и чертовыми желаниями.

Если бы я только знал, что она приготовила для меня.

Проснувшись, я чувствую восхитительную боль, как я и хотела.

Теплая вода окружает меня, как и эти сильные, знакомые руки. Я прижимаюсь спиной к груди Эроу, а его пальцы проводят ленивые линии вверх и вниз по моим рукам.

— Вот она, — шепчет он мне на ухо, вновь прижимаясь к моему обнаженному телу под водой. — Просыпайся, детка. Я скучал по тебе."

"Его губы обхватывают раковину моего уха, а он продолжает поглощать меня, осыпая бесконечными поцелуями мою шею и плечи.

Я все еще в легком тумане. Действие седативных препаратов заканчивается, но головокружение еще не прошло. Я хватаюсь за бортик ванны, чувствуя, что вот-вот соскользну под воду.

— Я держу тебя, — шепчет он, крепко держа меня на коленях.

Я вздыхаю, наслаждаясь болезненным, но успокаивающим ощущением, охватывающим меня. Обе дырочки чувствуют себя использованными и болят от жжения, которое говорит мне все, что нужно знать о том, как он развлекался. Мысль о том, что он трахает мое ослабевшее и оцепеневшее тело, как я того требовала, заставляет мои внутренности биться в конвульсиях от одной только потребности. Я отдала себя ему как его личную куклу для траха, которую он будет использовать по своему усмотрению.

— Эроу, — бормочу я онемевшими губами.

В этот момент мое зрение проясняется, и я вижу отблески, появляющиеся из-под теплой воды. Они сияют, как звезды, пока я снова не моргаю и не навожу фокус.

— Эроу! — я задыхаюсь, поднимаюсь на ноги и смотрю вниз на свою грудь.

Оба моих соска проколоты. В каждом из них продеты золотые штанги, а вокруг кончиков — маленькие золотые сердечки.