Читала, что у детей они иногда вот такого неопределенного оттенка, что меняется цвет к году…

Хватаюсь за ручку. Такую крохотную. Целую пальчики. Нежность затапливает.

— Сыночек мой, как я тебя ждала, — нашептываю, целуя покатый лобик. Прижимаю к себе малыша и понимаю, что буду насмерть драться, но не отдам. Никому не отдам.

Прижимаю малыша к груди, а затем решаюсь и поднимаю глаза полные тревоги на отца моего малыша, который сверлит мое лицо пронзительными глазами.

Сердце в груди заходится больно.

Как можно любить того, кому мы не нужны, как можно тосковать дико и безумно, мечтать о чуде…

Все такой же красивый. Брутальный. Жесткий. В черном пиджаке. Смотрит на меня так, что кажется сожрать хочет, или убить…"

"Наверное второе.

Ведь я ослушалась…

Прижимаю ребенка к груди. Страх накрывает. Я не знаю, чего ожидать, что желать.

— Почему ты здесь? — спрашиваю едва слышно.

Глупый вопрос, но молчать я не могу.

Желваки на лице Валида вздуваются.

— Это мой сын! — восточный мужчина рявкает так, что стены ходуном ходят, но затем бросает взгляд на ребенка в моих руках.

Он знает…

Конечно, он знает…

Наверное, по времени высчитал…

Теряюсь. Трясусь. Опускаю взгляд в пол. Но все же боюсь признавать правду, поэтому отвечаю:

— Нет, — говорю едва слышно, глаза наполняются слезами. — Он не твой… не твой… — повторяю отчаянно.

Вру. Валид был моим первым. Единственным.

Прищуривает темные глаза. Делает шаг в мою сторону, нависает. А я в подушки спиной упираюсь.

Слезы катятся по моим щекам. А я смотрю в глаза Валида и мир рушится, когда он говорит:

— Это. Мой. Наследник. Я знаю. Но раз так, то сделаем тест ДНК. И если мое подозрение оправдается, я заберу свое по праву.

Мотаю головой.

— Не отнимай…

Подается ко мне, а я дергаюсь в страхе.

Но Валид нежно убирает прядь волос с моего лица, ласкает нежно, заглядывает в глаза.

— Варя моя… девочка моя… глупая…

Моргаю. Не понимаю ничего, а он вторую свою огромную ладонь на сверток в моих руках кладет, проводит ласково, улыбается…

— Ты мне величайший из даров преподнесла… Неужели думала, что не узнаю… и колечко у тебя на безымянном не простое, малышка. В тот день, когда на палец его твой надел — женой ты мне стала… По моим законам. Кольцо жизни у тебя.

Делает паузу и пальцы наши скрещивает, а я замечаю, что на мизинце у него так и нет замены.

Пусто.

Наклоняется ко мне. В губы мои приоткрытые целует.

— Ты — моя жизнь… Варвара. Мое кольцо на твоем пальце…

— Но… — шепчут губы, а я в его глаза смотрю стремительно темнеющие…

— Без “но” маленькая моя… Жена моя… Нам надо о многом с тобой поговорить…

Глава 24

Валид Байсаров

— Шилов — банкрот. Его сняли с поста и заведено уголовное дела за растрату в особо крупном размере, — рапортует мой человек и я прикрываю глаза.

Месяцы.