Тогда я впервые устроила жуткий скандал и заявила, что ещё хоть одно малейшее поползновение в мою сторону или в сторону моего ребёнка со стороны Его Высочества, и я улечу рожать на Землю, и хрен с два меня что-либо остановит! И вообще не вернусь на Эквей, и мужа с собой заберу, а он пусть сам разбирается тут со своим правлением.

Князь проникся, покивал и был вынужден сбавить обороты. Оставшееся время до родов я провела в относительном спокойствии и благодушии в компании мужа, что взял длительный отпуск. Мы просто наслаждались общением друг с другом. Родители, решив не мешать влюбленной парочке, почти сразу после прибытия переехали в соседний дом, а Сашка уже полгода путешествовал по Эквей.

В тот знаменательный день всё было как обычно. За единственным исключением, я проснулась среди ночи от ноющей боли в пояснице, повалявшись немного в кровати и поняв, что больше не усну. Осторожно выкарабкалась из постели, стараясь не разбудить мужа, и спустилась вниз. Боль всё не проходила, но пока была мягкой, ненавязчивой и совсем не походила на схватки.

Походила немного по кухне, даже испекла мужу пирог на завтрак, повздыхала и вернулась в спальню. Но только я легла, как почувствовала, как между ног медленно стекает струйка воды. Это? Это что? Это...

- Дерион, - я осторожно коснулась спины мужа.

- Ммм.

- Дерион, вставай.

- Угу, - глухо проворчал тот и повернулся на живот, собираясь досыпать.

- Дерион, у меня воды отошли.

И начался хаос, Дерион резко вскочил с кровати и забегал по комнате, пытаясь одновременно одеться и дозвониться в больницу и Князю, схваток у меня всё не было, поэтому я была относительно спокойна и даже слегка посмеивалась, глядя на творящееся вокруг безобразие.

Алекс появился на свет через десять часов.  Роды прошли на удивление легко. Да, было больно, но я ожидала худшего, врачи тоже.

Держа на руках своего маленького сына, глядя в его сморщенное нежно-розовое личико, я со всей чёткостью осознала, что просто неприлично счастлива. Богиня оказалась права, наш малыш родился здоровым, крепким и сильным эквейтом. На его совершенно лысой головке была пока одна единственная небольшая прядь... ярко-лазоревого цвета.

Первым после родов я увидела не своего любимого супруга. Его совсем неделикатно отпихнул от двери, ворвавшийся в палату Князь, который быстро сцапал у меня свёрток с малышом и принялся внимательно его разглядывать.

Дерион зашёл следом, сел на кровать и, внимательно заглядывая в глаза, провел ладонью по моей щеке и мягко улыбнулся:

- Как ты? - его голос был хриплым, обеспокоенным и таким родным.

- Хорошо, - прошептала ему в ответ, неловко потеревшись щекой о его ладонь.

- Люблю тебя... Лекси... ты не представляешь, как сильно я тебя люблю и что мне пришлось пережить за эти часы.

- Я знаю.