— Вы что, дедушка?! Войска наши! Как далеко отсюда ближайший блокпост?

— Семен, ти там застрал зачэм?! — окликнул сверху страж, заглядывая в дверной проем. — Чиму хочиш?

— Щас, щас, подчищщу тута, — дед принялся скрести по полу лопатой, напряженно сморщив на удивление гладкий лоб — пытался отыскать ответ на вопрос юного пленника.

«А дед, похоже, не в себе, — сделал неприятное открытие Сергей, наблюдая за вольноотпущенным. — Может, зря я к нему обратился?»

— Эта, как его… Щас, погоди, — дед вдруг подхватился, проворно поднялся по ступеням и спросил у стража:

— Ваха, ты не знаешь — федералов с Кутумского перевала вышибли? Мальчонка спрашивает, где тут поблизи наши сидят.

— Оо-о-о, господи! — прошипел Сергей, мгновенно наливаясь пунцовой краской. — Идиот!!!

Ваха повел себя вполне адекватно: удивленно хрюкнул, отвесил деду затрещину, пинками прогнал его прочь и быстро спустился к Сергею."

"— Чиму хочиш? — страж растопырился на нижней ступени, с любопытством уставившись на юного пленника и даже не озаботившись перевести из-за спины оружие. — Бижят хочиш?

Богатырем страж не выглядел. Молодой мужик среднего телосложения, какой-то недотепистый и расхлябанный, в замызганной форме. Сельскохозяйственного типа мужичок, как говорит мама. С оружием обращается небрежно…

«Вот он, момент истины, — молнией мелькнуло в голове юноши. — Один прыжок, захват, удушающий, забираем автомат и… Сейчас или никогда!»

Сергей качнулся назад, группируясь для прыжка, но более ничего полезного сделать не успел — страж, мгновенно среагировав, шагнул вперед и ловко пнул пленника в грудь, опрокидывая его на поддон. В правой руке ею неведомо как оказался здоровенный тесак, кончик лезвия которого тотчас же уперся в кадык юноши.

— Ох-х-х… — болезненно выдохнул Сергей, прижимая руки к ушибленной груди. Дышать было больно, острие ножа, безжалостно давящее на кадык, не давало сглотнуть подступившую вязкую слюну.

Хотелось расплакаться. Черт, что за люди?! Вроде неказистый сельскохозяйственный мужичок, самого пре-чмошного обличья… почему бы не дать себя обезоружить такому умелому знатоку айкидо?

— Такой нэ стрилят, — усмехнулся страж, убирая нож и похлопывая ладонью по автомату, так и оставшемуся болтаться у него за спиной. — Адын нож или рукам уби-ват — запраста. Тэпэр давай гаварыт будим. Как жжит будим. Как умират будим…

В течение последующих пяти минут сторож Ваха провел с пленником вдумчивую беседу, суть которой сводилась к следующему. Пленник — Сергей то бишь — совершил ужасный проступок. Если Ваха расскажет об этом командиру — Руслану, то Сергея тотчас же расстреляют. Нет, даже не расстреляют — просто в пропасть сбросят. Чтобы патронов не тратить. А потом поймают всю его семью и — тоже в пропасть.