А чего дружить с тем, кто их и подставил по всем фронтам?

Сидоренко зашел сначала с одного бока, начал предлагать Казаку на его стороне играть, выгоду расписывать. Но Виталя сразу все допущения пресек. Он на одной стороне был, есть и будет. На стороне Калиненко. И ничего другого его не интересует. Против Мартына — готовы объединиться. Но потом — у каждого свои интересы. И Сидоренко не вспылил. Сам понимал, что против Мартына один не выдюжит, как бы тот сейчас не зарывался и сколько бы поддержки верхов не потерял за последние годы. Вот Сидоренко нынче везде партнеров и соратников искал.

Казак же сомневался, что этот вообще такое потянуть может. Не того склада он. Но информацию выслушал, и Диме сейчас передать собирался. Заодно и дальнейший план действий обсудить. Потому что силы накапливались, и люди, которые их интерес могли отстоять, снова к власти возвращались. Дело сдвинулось с мертвой точки, и качнулось в нужную им сторону. Даже если Сидоренко сейчас с Мартыном сцепятся, им это только на руку. Любое ослабление Мартына — им в плюс, это Казак очень хорошо понимал. Глядишь, и Дима на свободу скоро выйдет."

"ГЛАВА 14

Он хотел бы отвезти ее на новогодние праздники куда-нибудь.

Возможно, Испания. Виталию приглянулась эта страна, когда он ездил туда как-то, чтобы отвлечься от всего. Или горы, какие захочет, если Таня любитель зимних видов отдыха. Однако ситуация в городе складывалась так, что не мог Казак себе позволить уехать. Имейся на подхвате еще хоть кто-то, кому можно было бы доверить мониторить конфликт Сидоренко и Мартыненко, прощупать ситуацию среди остальных заинтересованных лиц — тогда, возможно. Но Дима дал ему четкие ориентиры, и нуждался в информации, а Казак не мог подвести друга. Да и Таня, вроде бы, и не рвалась никуда. Даже отмахнулась, когда он заговорил об этом.

— Знаешь, у нас на эти праздники, зачастую, не легче, чем в обычной больнице. Бывает такая нагрузка, что не хватает рук. То додумаются напоить своих любимцев шампанским, в честь праздника, то накормят шоколадом собак, а для них это яд, — Таня выглядела искренне возмущенной такой безалаберностью своих клиентов.

Это заставило его улыбнуться.

Но пришлось сделать серьезный вид, потому что она посмотрела на него с тем же неодобрением.

Не хотел он ее огорчать. Просто потому, что Таня. Хотя, мог понять и ее возмущение безалаберностью. Сам этого в людях не переносил с тех пор, как подчиненные появились. Прибил бы. Буквально. И его парни это знали.

— То, знаешь, питомцы сами, оставшись без присмотра, пока все гуляют и фейерверки пускают, мишуры нажуются… Приходится оперировать. В общем, работы хватает. Я последние три года и не дежурила, вроде, а все равно, приходилось выходить все время, подменять ребят, чтоб хоть выдохнули.