Он был прав, а причиной стало отсутствие в жизни Вероники мужчины и работы. И то, что она слишком сильно скучала по детям. Поэтому они нисколько не сомневались, что для них она всегда найдет время, и до сих пор ей это удавалось, даже если означало отмену собственных планов, как нередко бывало. Любые планы стояли для Вероники на втором месте, после детей.

– Все верно, – согласилась она. – Я выработала у них плохую привычку. Но на этот раз они приезжают не ради развлечения, а для того, чтобы осмотреть шато возле Сен-Поль-де-Ванса – этот дом завещал им отец. Наверное, они решат продать его.

Им много лет никто не пользовался. Но сначала они хотят все-таки посмотреть на него.

– Видишь, что я имел в виду, когда говорил о богачах? – подхватил Эйдан. – Отец твоих детей владел шато, которым не пользовался. Что за расточительство?

Она улыбнулась, представляя, что сказал бы Эйдан, если бы узнал, что шато подарила Полу она. Эйдан явно считал, что Пол был богат, и Вероника не спешила развеять это заблуждение. К состоятельным людям Эйдан относился резко отрицательно, и теперь она боялась признаться, что на самом деле богата она, а не Пол, у которого до женитьбы на ней не было ни цента.

Об этом Эйдану лучше было не знать. Вероника не хотела, чтобы он принял ее за одну из женщин, по двадцать лет живущих на алименты и отступные, но все же это было лучше, чем рассказать правду.

– Где ты встречаешься с дочерьми? – спросил Эйдан.

– В Антибе. А пока что делать мне совершенно нечего, – призналась она. – Я хотела бы когда-нибудь познакомить тебя с моими девочками.

Но Эйдан покачал головой."

"– Не знаю, поладим ли мы с ними. Мне не нравится, как они к тебе относятся.

По-моему, тебе от них достается слишком мало внимания. Ваши отношения напоминают улицу с односторонним движением: вся любовь и внимание исходят от тебя.

В своих выводах он не ошибся, однако из его уст они прозвучали слишком резко. Правда, Вероника не могла отрицать, что у нее зачастую создается то же впечатление, к тому же выводы он делал на основании ее слов.

– Так бывает не всегда, – справедливости ради возразила она. – После смерти их отца мы несколько дней общались по душам. А в остальное время они просто слишком заняты.

Но после смерти Пола, когда им требовалась помощь матери, они все же нашли время для общения с ней. Так что в целом Эйдан был прав. А эсэмэска не равноценна разговору, в котором можно пошутить, поддержать друг друга, посмеяться. Дочери редко посвящали Веронику в подробности своей жизни и не спрашивали, как живется ей.

– По-моему, они слишком эгоистичны, и судя по твоим словам, таким же был их отец. Может, он и подал им пример отношения к тебе.

Эйдан был настроен критически, но почти не ошибся в своей оценке.