Вероника чуть не рассмеялась при виде изумления на их лицах, когда Николай часом позже усадил их за обеденный стол. В честь гостей приготовили настоящий пир с омарами и молочным поросенком, бесподобным на вкус. Сегодня его юная компаньонка не появлялась. Казалось, он путешествует один, но Вероника догадывалась, что эта девушка скрывается где-то в недрах яхты, если уж Николай заставил ее ждать в спальне несколько часов, пока ужинал с Вероникой на террасе «Хасслера». Похоже, никаких угрызений совести он по этому поводу не испытывал. Николай был из тех людей, с которыми всегда рядом есть красивая женщина – если не как подруга, то как аксессуар.

– Ваша мама не рассказывала вам, как мы с ней познакомились? – спросил Николай у девушек за ужином, и они сразу заинтересовались.

– Нет, не рассказывала, – ответила Джой, многозначительно взглянув на мать. Теперь она была заинтригована этим знакомством еще больше, чем когда увидела яхту.

– Я чуть не переехал ее в Риме своим «Феррари», – объяснил он, с раскаянием взглянув на Веронику, которая ободряюще улыбнулась. – Это было ужасно, но она даже не рассердилась. Движение было кошмарное, все ехали на большой скорости. Я чудом не наехал на нее. Оказалось, мы живем в одном и том же отеле, поэтому я доставил ее туда и вызвал врача. А потом мы поужинали, – объявил он так гордо, словно ужин в компании с Вероникой был неслыханной честью. – И вот теперь мы друзья! – Он обвел всех троих сияющим взглядом. – И вы здесь, на моей яхте! Я пообещал ей в Риме, что приведу яхту, чтобы мы смогли поужинать здесь. Вот и привел, – стюард тем временем разливал «Шато Марго» 1983 года, что окончательно потрясло Джульетту.

– А ты нам ничего не рассказала, мама! – укоризненно воскликнула Джой.

– Со мной все в порядке, – отмахнулась Вероника. Сначала ей не хотелось беспокоить девочек, а потом, в Венеции, она познакомилась с Эйданом и слишком увлеклась поездками с ним, чтобы вспоминать об аварии, которой удалось чудом избежать.

– Она взлетела в воздух, как бабочка! – произнес Николай, вспоминая ужасный момент, когда он уже думал, что убил или как минимум сильно покалечил ее. – Рим – очень опасный город. А как вам Венеция? – спросил он Веронику."

"– Чудесно! Я побывала в монастыре, о котором говорила вам, – выясняла насчет моей картины. Сейчас там уже идут исследования, но о результатах мне пока не сообщили. Затем я съездила в Сиену и Флоренцию, и это было замечательно. Обожаю Уффици, – призналась она под ошеломленными взглядами дочерей.

– Когда же ты успела?

– После Венеции, – как ни в чем не бывало, ответила она. – Перед тем как встретилась с вами здесь.

– И ничего нам не рассказала? А мы думали, ты вернулась в Париж.