— Вон она!

Медведь держался к вампирше ближе, чем Тигренок. Выглядел он еще более грозно. В этот раз для трансформации он выбрал облик белого медведя, причем в отличие от реальных обитателей Арктики был снежно-белым, как на картинках в детских книгах. Нет, наверное, он все-таки маг, а не перевоспитавшийся оборотень. Оборотни скованы одним, максимум двумя обликами, а я видел Медведя и в образе косолапого бурого медведя, это когда мы устраивали карнавал для американской делегации Дозора, и в обличье гризли — это на показательных занятиях по перевоплощению.

Вампирша стояла у самого края крыши.

Она сдала, ощутимо сдала с нашей первой встречи. Лицо еще больше заострилось, щеки впали. На начальном этапе перестройки организма вампирам почти непрерывно нужна свежая кровь. Но обманываться внешностью не стоило: ее истощение лишь внешнее, причиняет ей муки, но сил не лишает. Ожог на лице почти прошел, след от него едва угадывался.

— Ты! — Голос вампирши был торжествующим. Удивительно торжествующим — будто не на переговоры меня позвала, а на заклание.

— Я.

Егор стоял перед вампиршей, она заслонялась им от оперативников.

Мальчик был в сумраке, порожденном упырихой, и потому сознания не терял. Стоял молча, не двигаясь, смотрел то на меня, то на Тигренка. Очевидно, полагался на нас больше всего. Одной рукой вампирша охватила мальчишку поперек груди, прижимая к себе, другую — с выпущенными когтями, держала у его горла. Оценить ситуацию было нетрудно. Пат. Причем взаимный.

Попытайся Тигренок или Медведь напасть на упыриху — та одним взмахом руки снесет мальчику голову. А это не лечится… даже с нашими возможностями. С другой стороны, стоит ей убить пацана — ничто нас сдерживать не будет.

Нельзя загонять врага в угол. Особенно если идешь убивать.

— Ты хотела, чтобы я пришел. Я пришел. — Я поднял руки, демонстрируя, что в них ничего нет. Пошел вперед. Когда оказался между Тигренком и Медведем, вампирша оскалила клыки:

— Стой!

— У меня нет ни осины, ни боевых амулетов. Я не маг. И ничего не смогу тебе сделать.

— Амулет! На твоей шее амулет!

Вот оно что…"

"— Он не имеет к тебе никакого отношения. Это защита от того, кто неизмеримо выше тебя.

— Сними!

Ой как нехорошо… как плохо… Я подцепил цепочку, сорвал амулет и бросил под ноги.

Теперь, при желании, Завулон может попытаться воздействовать на меня.

— Снял. Теперь говори. Чего ты хочешь?

Вампирша крутанула головой — ее шея легко сделала оборот на триста шестьдесят градусов. Ого! Я про такое даже не слышал… и наши боевики, вероятно, тоже: Тигренок зарычала.

— Кто-то крадется! — Голос у вампирши оставался человеческим — визгливый истеричный голос молодой глупой девчонки, случайно обретшей силу и власть.