Уж оттуда-то он дорогу прекрасно знает!

Брови хмурились уже сами по себе, рукава рубашки пришлось раскатать обратно, потому что ветки царапались; желудок урчал, напоминая, что нынче Ванька не только не обедал, но и не позавтракал толком. Наконец где-то вдалеке почудился гул мотора. Конечно, хотелось бы, чтобы это был мотор лагерного автокрана, но, видимо, день был такой – ничего с первого раза не получалось.

Минут через пятнадцать Ванька выбрался из леса на асфальт. Дорога казалась одинаковой в обе стороны. Топографическим кретинизмом Ванька не страдал, поэтому понимал, что двигаться ему нужно направо.

Однако в той стороне, километрах в двух, огибая холм, трасса должна была забирать еще правее, в сторону Тимошкино, но с того места, где стоял Ванька, ясно виделось, как дорожная полоса отклоняется левее. Призадумавшись, он пропел себе под нос:

– Мы хлеба горбушку – и ту пополам… – И, сплюнув на обочину, решительно направился в сторону холма. – Коль ветер лавиной, и песня лавиной! Тебе половина! И мне половина-а!

Он ни капли не боялся, не паниковал – с чего бы деревенскому парню паниковать в таком лесу, где под ногами асфальт, а ближайшее жилье – буквально в нескольких километрах? Он в людном городе освоился, вступительные экзамены в институт сдал, первый курс с успехом окончил – а тут всего лишь тайга! Леса – они везде одинаковы, он у себя на родине в такую даль заходил, в такие дебри залазил, что ух! А тут – ну, подумаешь, десяток лишних километров протопал! Так ведь не по собственной вине – это шофер его с толку сбил.

"

"Все настойчивее хвойный дух взялись перебивать посторонние ароматы – печным дымом запахло, соляркой, скотом.

Смирившись с тем, что, по всей видимости, круг получился больше, чем изначально предполагалось, Ванька принялся соображать, какой населенный пункт может быть между городом и деревней Тимошкино. Километров пятнадцать от райцентра до Кривой сосны, километров тридцать от Кривой сосны до Тимошкино. А больше по пути следования рейсового автобуса никаких остановок не предполагалось. Конечно, могла тут быть какая-нибудь заимка, ради которой делать остановку никто не станет. Или лагерь геологов, например. Хотя какая у геологов скотина? Может, тут лесничество: лесники – они и на лошадях ездят, и на машинах. А может, здесь вообще – оленеводческая ферма! Привезли сюда оленей из северных районов – и разводят себе!

Так, размышляя и мурлыча под нос что-то про горбушку и лавину ветра, Ванька дошел до того места, где дорога забирала влево, а не вправо, как помнилось. По обе стороны открылось пространство, засеянное пшеницей. Далеко-далеко сияла на ярком солнце выгнутая металлическая крыша то ли амбара, то ли ангара.