Чувствуя, что сейчас-то Магистр и скажет самое главное, и опасаясь пропустить хоть единое слово, Кодр подобрал полы выцветшего плаща, подсел к Эрзаму, и хот, еще больше понизив голос, произнес:

— Сокровищница Маронды далеко, и добраться до Мгала у нас еще будет время. А вот убрать Донгама, свалить вину за его смерть на файголитов, стравить их с Белыми Братьями и подарить бесхозную Исфатею Черному Магистрату можно и нужно в ближайшие дни. — Магистр доверительно коснулся плеча мага: — Мы сделаем это, мы единственные останемся в барыше от сумятицы, которую учинил северянин, потому что умеем до поры до времени держаться в тени.

Но для этого нам понадобятся все наши люди и все силы. Боюсь, времени у меня не найдется даже для моих рыбок. Мир меняется, и мы не должны позволять судьбе тащить нас за собой на аркане событий.

""Чтоб тебя!.."" — подумал Кодр, искренне восхищаясь Магистром.

Глава вторая

Джунгли

1

Проверив садки, Тофур бросил в корзину трех рыб — каждая около локтя в длину — и взялся за бечеву, привязанную к выступавшему из земли корню берро. По тому, как затянулся узел, он сразу понял, что усач проглотил живца, и зацокал от волнения языком.

Хитрая и сильная рыбина трижды портила его снасти; если бы она и сегодня оборвала бечеву или поводок, пришлось бы оставить ее в покое — такой убыточной рыбной ловли он себе позволить не мог.

Юноша, замирая от волнения, потянул бечеву. Сначала она пошла свободно, потом дернулась, движение ее замедлилось, и скуластое загорелое лицо Тофура расплылось в улыбке. На этот раз усач не ушел, попался! Самонадеянный усач — самая большая, самая вкусная и сильная рыба озера — думал, что опять сможет безнаказанно сожрать белобрюхого лягушонка; он не знал, что бечеву эту, сработанную в Исфатее, Тофур прошлой весной выменял у заглянувшего в их деревню купца.

Почувствовав новый рывок, юноша отпустил бечеву и полез на берро. Скинул наземь припрятанный в его кроне обломок косы, насаженный на длинную палку, и спрыгнул сам. Острогу эту Тофур изготовил специально на усача, хотя уверенности в том, что она ему когда-нибудь понадобится, у него до сегодняшнего дня не было. Никому в деревне он не говорил, что собирается поймать усача, даже Дии, хотя она-то уж наверняка не стала бы над ним потешаться — ведь рыбина эта нужна была ему, чтобы сделать свадебный дар ее отцу.

Однако, сомневаясь в успехе затеянного дела, он не говорил об этом даже ей, и если бы ему удалось вытащить усача…

Все еще улыбаясь, Тофур проверил заточку лезвия, убедился, что оно крепко держится на рукояти. Он не должен допустить ни одной оплошности — два года назад усач, может быть этот же самый, едва не отхватил старику Пайлу ногу, шрамы на ней видны до сих пор.