Парнишка, с интересом наблюдавший за ней, самолично напялил на голову кепку. Сразу отвел в самый дальний угол, где в стойле переминалась с ноги на ногу черная кобыла.

— Знакомьтесь, Верона, — представил он лошадь и добавил с ухмылкой: — Она тоже с норовом, как и ты! Сиди здесь тихо. Близко к ней не подходи, зашибет. Как все разъедутся, я тебя выведу.

Катерина вспомнила, как забилась в угол и принялась ждать. И именно тогда решила коротко подстричься и научиться драться.

Катя прогнала прочь надоедливые воспоминания и уткнулась носом в макушечку малышу. Племянник пах молочком и казался таким сладким. А маленькая улыбка беззубого рта разом прогнала прочь все беды и печали. Сердце оттаяло, а душа согрелась."

"Ребенок сучил ножками и радостно гулил, а она гладила его по животику и пела песни. Первое, что пришло в голову. «Спят усталые игрушки» сменялась «Ленинградом», а песня о Крокодиле Гене плавно перешла в «Шоу мастгоу он» Квинов. Малыш хватался ручонками за пальцы тетушки и весело смеялся.

— Хочу себе такого же, — прошептала она, гладя племянника по грудке, — конечно, не от Феликса и уж точно не от Плотвичкина. Лучше из донорской спермы. Только мой ребеночек, — но стоило подумать о неведомом доноре, как тут же перед глазами предстало лицо Марата Алтаева.

«Может, Феликс наврал? — с надеждой вздохнула она, но отбросила эту мысль. — Но в том, что касается работы, Сарычев всегда предельно честен. И прекрасно понимает, что его слово стоит денег. Больших денег».

Катерина тяжело вздохнула и, поцеловав ребенка, принялась рассуждать:

«А какая разница, наврал Феликс или сказал правду? Это ничего не меняет. В любом случае замуж мне за «Виталю» не выходить, детей с ним не крестить. От любого из людей Корнеева нужно держаться подальше. Даже если Алтаев занимал в ОПГ самую ничтожную должность. В память о папе я обязана выкинуть этого человека из головы. На свете полно мужчин без криминального прошлого».

Катя чмокнула малыша в одну пяточку, потом в другую и очень удивилась, когда в комнату заглянула Алиса.

— Собаки такие смешные, — захихикала дочка и добавила серьезно: — Мама, я хочу братика или сестричку. Помирись с папой!

— Я уже объясняла тебе, малыш, — терпеливо заметила Катерина. — Мы с твоим отцом больше не любим друг друга, поэтому решили жить отдельно. Но мы оба твои папа и мама, и наша любовь к тебе осталась неизменной.

Алиса недовольно поморщилась.

— Отговорки! — прошипела она. — Ты обещала провести со мной весь день! А вместо этого валяешься с Кирюшкой…

— Он такой сладкий, — улыбаясь пробормотала Катя. — Разве тебе не нравится?

— Нет, — фыркнула Алиса. — Но ты могла бы жить вместе с нами и нянчиться с собственными детьми, а не с чужими козлятами.