Конюшни у меня отдельной нет, а здесь в спальне кобыле не понравится. Тесно. Да и трудно будет завести ее на второй этаж.

– Катерина, — Марат шлепнул ее по заднице. — Вставай, идем на лошадок смотреть. Сама выберешь, какая твоя.

– А если я хочу остаться в постели? Обниматься, целоваться, ну и еще что— нибудь поделать. Вместе с тобой, — добавила она, будто он не догадывался.

– Вернемся и сразу приступим, — улыбнулся он. — А если ты откажешься, — Алтаев хитро глянул на нее и пригрозил: — Тогда на руках отнесу."

"– Хороший вариант, — согласилась она, мгновенно утыкаясь носом ему в грудь и собираясь заснуть.

– Не спать, — велел Марат и живо соскочил с кровати. — Подъем!

Катерина неохотно встала, нацепила на себя тренировочные штаны и майку, а потом из гардеробной достала тонкий пуховик Макс Мара.

– Сейчас лето, малыш, — смеясь напомнил Алтаев.

– Это летний пуховик, — объяснила она, надевая. — Вечером уже прохладно. — И тут же уставилась на него. — А ты? Так и пойдешь?

– Нормально, — фыркнул он, оглядывая себя в зеркале. — Шорты и сланцы.

– Странная мы парочка, — улыбнулась она, снова прижимаясь к нему. — Зачем ты только меня из постели вытащил? — тяжело вздохнула она, спускаясь следом.

А на конюшне у нее настроение испортилось. Ассоциативная память самая яркая. И порой наш мозг способен преподнести настоящий сюрприз. Кате показалось, что она снова прячется на Корнеевской конюшне, а мальчишка— конюх без зазрения совести пялится на ее грудь.

Она попыталась отмахнуться от навязчивых воспоминаний, но снова попала в их плен и даже вздрогнула, когда Алтаев взял ее за руку.

– Не бойся, — прошептал он, целуя ее в висок. — Сейчас со всеми поздороваемся и вернемся в дом.

– Ага, — пробормотала она, не в силах поверить, что страхи способны в одночасье возвратиться назад.

Марат подвел ее к красивой гнедой лошадке.

– Это Маркиза, — представил он грациозное животное. — Она у нас на соревнованиях выступала. А теперь жеребенка ждем.

Катерина осторожно погладила лошадь по морде и, силясь, чтобы не убежать без оглядки из конюшни, протянула угощение. Маркиза тут же слизала кусочки яблока шершавым языком и печально глянула на Катю.

– Все, достаточно, — буркнул Алтаев и показал на соседнее стойло. — А это Эрл, — махнул он рукой в сторону нетерпеливого жеребца. — Супруг нашей Маркизки.

– Семья, — прошептала Катерина и чуть не закричала «Марат, уведи меня отсюда!».

– Сейчас пойдем, — заверил он, будто прочитав ее мысли. — Яблочком кое— кого угостим и домой, в люлю.

Катя кивнула и, не отпуская руки Марата, пошла за ним в соседний падок, где в одиночестве стояла еще одна лошадь.

– Знакомься, — привычно начал Марат. И Катерина вдруг увидела старую вороную кобылку.