Я крутила головой, выглядывая Веелу, но у двери ее спальни увидела только озадаченного Ронана, который так же, как и я, искал Вель.

Сосредоточенный Тайлер ходил по коридору туда-сюда, ожидая, пока все соберутся. Я старалась не сцепиться с ним взглядами: боялась, что не удержу на лице бесстрастное выражение, ведь в душе бушевал ураган. «Что ты придумал, Тай? Что говорил ректор? Зачем на мне бронекуртка?»

Единственное, что я спросила, когда он поравнялся со мной:

– Я не вижу кадета Ансгар. Не знаете, где она, командир?

Он качнул головой, скрывая растерянность, заметную только мне, однако голос прозвучал спокойно:

– Я уже доложил о нарушении мейстеру Тугору.

– Ее ведь ищут? – прогудел Ронан. – Мало ли что… Вель не видит дорог Академии. И нас ведь не снимут с зачета?

– Команду снимают с зачета, если в звене по каким-то причинам окажется меньше трех человек.

– О, ну это хорошо! Я-то здоров как бык!"

"И Рон прочертил рукой в воздухе размашистую окружность, демонстрируя, что плечо в порядке. Слегка поморщился, думая, что я не замечу.

– Если кадет Ансгар не явится на полигон, я буду ходатайствовать о переносе зачета для звена кадета Дейрон.

 – По всему видно, Тайлера только что озарила эта идея и он ей обрадовался. – Так как кадет Толт не восстановился до конца.

– Я против! – влез со своим ценным мнением Лесли. До того лениво подпиравший стенку, он будто и не прислушивался к разговору, а гляди-ка, все слышал. – Отдельно потом сдавать? Вот уж спасибо! Где носит эту девчонку?

– Кадет Лейс, вам придется подчиниться приказу, – отчеканил Тайлер.

– Какой смелый Лесли, – издевательски пропела Медея, вызвав смешки: трусость Лейса давно сделалась предметом шуток. – Не боится, что паучки его сожрут! А почему? Да потому, что паучки – игру-ушечные!

– Да пошла ты, Медь! – огрызнулся Лесли.

 – Помню я, как ты от гуля драпала, аж на пузе!

– Всем замолчать! – рявкнул Тайлер. – Я вижу, все в сборе. Построились и за мной!

Я шла рядом с Ронаном, за спиной обиженно пыхтел Лейс: на его подначку против Медеи никто не отреагировал, все знали, что, при всем ее скверном характере, в трусости ее обвинить нельзя. Пусть он думает, что полоса препятствий безопасна, как всегда. Вовсе не хотелось тратить силы на уговоры и угрозы, заставляя Лесли двигаться вперед.

Впрочем, может, мы с Тайлером, обжегшись на молоке, дуем на воду? Я украдкой нет-нет да бросала взгляд на обтянутую черной кожей прямую спину, на широкие плечи. И, хотя я про себя продолжала звать командира по имени, сейчас сложно было представить, что этот суровый парень, который за сегодняшнее утро не удостоил меня словом поддержки, вчера обнимал и целовал меня. Он не должен себя выдавать, я знаю, но душой я тянулась к нему.

«Что-то ты совсем размякла, Алейдис! – выговорила я себе.