— Уперлась, потому что я могу все завалить, а я хочу прийти к ним под щитом, а не на нем…

— Да гляньте вы на эту высокопарную перфекционистку! Деньги на учебу где взяла?

— Заработала летом, секретарем у зама отца работала. Эта женщина мне всю кровушку высосала, так что чудом удалось сегодня собрать бойцу, — пытаюсь даже пошутить, но выходит так себе. — Плачу по семестрам. Даже если все завалю, деньги не будут потрачены зря.

Мы сидим и болтаем. Сегодня я точно приду домой очень поздно.

Дежурств у меня нет, числюсь я обычной санитаркой, она же нянечка, она же уборщица, но по факту я тут точно прохожу ускоренный курс «Медсестринства», благодаря моей упорной наставнице.

Она учит меня делать уколы, ставить капельницы, и многое-многое другое.

Пусть все это я давно умею, благодаря матери, но сложные случаи никто не отменял. Да и прогресс на лицо, наверное. Уколы и капельницы проходят ровно…Пары с утра, практика после них до самого позднего вечера…"

"— Ясно, как я и говорила уже, я тебя не сдам. НО я настоятельно рекомендую побыстрее сознаться. Тебя не отругают уж точно, наоборот поддержат. Мать вообще особо загонялась, что у тебя с медом не склеилось из-за твоей маленькой проблемы. Представляешь, как Манюня обрадуется? А уж отец и без того готов целовать тебе пятки, так что смысла скрываться не вижу.

— Расскажу, — коротко отвечаю и дую губы, сама же в уме прикидываю, что мои страхи беспочвенны. Надуманы на ровном месте, во мне никто не разочаруется, да и первое образование я не бросаю.

Как буду совмещать — пока не ясно, но там ведь остался бюджет и в принципе по кошельку бить не будет. Две сессии в год по три недели, так-то немного.

Но все равно мне так страшно отца огорчить, от этой мысли очень грустно становится. Он у меня такой идеальный, а я вот такая…сплошные несовершенства, хоть умница.

— Значит так. Исаев теперь твоя зона ответственности. Надо будет обрабатывать его раны, следить и в целом ты его спасла, теперь это ярмо твое. Тяни до конца! — мне падает на руки список назначений, и я коротко выдыхаю. Первый больной. Надеюсь, я не потеряю сознание при нем.

— Военный, да?

— Да, и ему двадцать пять. От такого рожать и рожать, пойди посмотри в пятой палате.

Я смущенно улыбаюсь и опускаю взгляд. Рожать и рожать?

— А что? Не вечно тебе только отца своего любить, пора и на мальчиков смотреть. А то ты глянь на Белова. Жадюга какая! Родил красотку и запер в замке, еще и угрожает любому, кто только попытается заглянуть в окошко.

Я тихо захожу в палату, сжимая в руках лист назначений. Разумеется, я не лечащий врач, в мои задачи входит…обслуживать больного, помогать с базовыми вещами.

Исаев не тяжелый, но у него была обильная кровопотеря, колотая рана бедра, пневматоракс, и травма глаза.