Подумав, я звоню в городской морг и прошу приехать за трупами. Как бы там ни было, оставлять убитых гнить на улице просто бесчеловечно. Даже если они враги и наёмники, которые пошли против меня за деньги.

Наших раненых увозят в госпиталь. Тех, кому досталось посильнее, я велю отправить в ДинаМед. Один из моих принципов — те, кто сражаются за меня, имеют право на лучшее лечение. Неважно, сколько это будет стоить. Верность людей важнее денег.

Какое-то время спустя наконец-то раздаётся звонок от Максима.

— Да, братишка, — беру трубку.

— Саш, ты как там? Всё хорошо?

— Да. Мы отбили атаку на базу. Ты узнал что-нибудь?"

"— Узнал. Тебе и правда объявили войну, ещё вчера днём. Повод — неразрешимые деловые противоречия, тяжкое оскорбление чести и так далее. Причём в документах указано, что уведомление тебе отправили, и даже стоит отметка о том, что ты его подписал.

— Только вот я ничего не подписывал, — скрипнув зубами, отвечаю я.

— Понимаю. Но формально это не так.

— Ты можешь узнать, кто это устроил?

— Трудно сказать. Надо проводить расследование. Тебе надо подать в суд.

— Так я и сделаю. Спасибо, Макс.

— Не за что. Я могу ещё как-то помочь? — спрашивает он.

— С войной я сам разберусь. Буду благодарен, если ты продолжишь заниматься делом Ларина.

— Да, конечно. Держи меня в курсе, ладно? Не хочу, чтобы ты пострадал.

— Ладно. Пока.

Максим довольно сильно изменился с тех пор, как мы с ним познакомились. По крайней мере, в отношениях со мной он стал гораздо более открытым. Из него уже не надо вытягивать каждое слово, иногда и сам звонит просто поболтать.

Это хорошо. Я действительно чувствую, что мы становимся друзьями. А друзей в этом мире у меня не так уж много, особенно среди Грозиных.

Что ж, значит, война была объявлена официально! С помощью или Жаровых, или Череповых мой противник провернул махинацию и получил возможность напасть внезапно. Но я отбил его атаку и теперь могу напасть в ответ!

Нахожу Игната и Виктора, и мы собираем небольшой военный совет.

— Раз гвардия Старцева уехала из офиса, мы можем его захватить, — предлагает Игнат.

— И какой в этом смысл? Он наверняка заранее спрятал все деловые бумаги и вообще всё ценное, — говорю я.

— Но мы займём объект противника, — настаивает командир Серебряковых.

— Ещё раз — какой в этом смысл? Я имею в виду, военный смысл. С политическим всё понятно, мы сможем объявить, что захватили здание врага. Но нам придётся оставить там часть людей. Зачем распылять силы?

— Вот именно, — поддакивает Виктор. — К победе это нас не приблизит.

— Тогда что вы предлагаете? — бурчит Игнат.

— Гвардия Старцева вместе с Эглитисом покинули город, но часть сил осталась здесь. Они наверняка будут атаковать наши объекты. Не только мои, но и Филиппа Романовича.