За ними следовали стремительные и яростные Острые Клыки. Их доспехи были легче, из темной кожи с металлическими вставками, а движения напоминали танец хищников. Они несли изогнутые мечи и метательные ножи, а их глаза горели предвкушением битвы. Рысь, их предводительница, поклонилась каждому из присутствующих вождей, древний ритуал признания равенства.

— Железная Мать действительно зовет, — сказала она Грому. — Мои воины слышали ее голос даже во сне.

Пришли даже орки из кланов, о которых я только слышала в рассказах. Суровые Черные Щиты прибыли в полном составе, почти сотня воинов в угольно-черных доспехах, сработанных в подземных кузницах.

Их щиты были размером с дверь, а копья — длиной в три человеческих роста. Они не говорили ни слова, только молча кивнули другим вождям и заняли свое место в лагере.

Клан Пепельных Скал прислал только две семьи, но каждый их воин был настоящим гигантом даже по орочьим меркам. Их кожа имела сероватый оттенок, а в глазах горели красные искры, след древней магии вулканов. Они сражались огромными обоюдоострыми топорами и славились тем, что никогда не отступали.

— Сколько нас? — спросил Дробитель, обводя взглядом растущий лагерь.

— Больше четырехсот, — ответил Гром, который вел подсчет. — Крупнейшая армия со времен Великого Заточения.

Но не только количество поражало — поражало единство. Кланы, которые веками враждовали друг с другом из-за границ охотничьих угодий, теперь сидели у общих костров, делили пищу, рассказывали военные истории. Предательство магов стало той общей болью, которая объединила всех.

В ту ночь состоялся великий совет. У огромного костра, пламя которого взмывало до самых звезд, сели вожди всех кланов.

Гром, прибывший с подкреплением из Сарготы, занял место рядом с Дробителем и Скалоломом. Рысь сидела, положив на колени свой меч, и ее лицо было непроницаемо. Адриан, единственный маг на этом совете, занял место между Громом и мной в знак того, что он принят как равный.

— Братья и сестры, — начал Торг, старейший из присутствующих, — мы собрались здесь не ради завоевания или славы. Мы здесь, чтобы покарать предателей.

Адриан встал, и все взгляды тотчас обратились к нему. В свете костра его лицо казалось высеченным из камня.

— Я знаю этих людей, — сказал он, и в его голосе звучала боль.

— Некоторых из них я считал друзьями. Фалькор был моим учителем. Он научил меня всему, что я знаю о боевой магии. А теперь… теперь я должен остановить его.

— Расскажи нам о силах врага, — попросил Гром.

Адриан излагал план, делясь всем, что мы видели в лаборатории. Он говорил о структуре пещер, о магических ловушках, которые, скорее всего, охраняют вход, о силе магов-отступников.

— Их около тридцати, — закончил он, обводя взглядом суровые лица вождей.