И в моей голове крутились, повторяясь раз за разом, произнесенные с радостным дружелюбием слова суудена: «Добро пожаловать в семью, Найт». Больше всего на свете мне хотелось сейчас просто разреветься от счастья.

Глава 2

Еще немного… Сейчас он подойдет чуть ближе, последний из них, и я вплету Пустоту в его кокон. Они убьют меня, когда я откажусь чистить, но и сами скоро умрут. И все это закончится раз и навсегда. Я медленно, незаметно потянулся к кокону мага. Ну же, еще всего один шаг…

Я резко вскочил, чувствуя, как меня колотит от страха. Этот дурацкий сон, уже два года раз за разом повторяющий мой собственный план по уничтожению магов в той деревне, откуда меня вывезли мастера. Я так и не нашел в себе сил привести его в исполнение, мне так и не хватило характера защитить собственную Нить. Но как, как можно защитить ее, если при этом ей же и убивать?

– Дурной сон? – Сууден, сидящий чуть поодаль у костра, покосился на меня и коротко улыбнулся.

Его, как оказалось, звали Найши. Еще оказалось, что молчаливым сууден предпочитает быть исключительно при выполнении боевых операций, то ли просто сосредотачиваясь на текущей задаче, то ли вежливо давая возможность своим спутникам слегка передохнуть от бесконечных шуточек и рассуждений. А может, и одновременно. С другой стороны, ни разу еще за время нашего пути не заметил, чтобы хоть одна фраза Найши осталась без радостного внимания остальных. Он мне нравился – веселый и серьезный одновременно, немного ехидный и самый, пожалуй, дружелюбный из их пятерки. Днем меня невероятно спасала компания суудена, который явно пытался отвлечь внезапного спутника от тяжелых и мрачных мыслей. Но ночью, когда я оставался один на один с собственным сознанием, никто уже помочь бы мне не сумел в принципе.

Я встал, тихо ступая, подошел, и уселся рядом у костра. Коротко вздохнул и кивнул. Сейчас, на второй день пути, мы с мастерами оказались в ущелье Суурха. Странное место между двух древних гор, с широким удобным входом и тремя узенькими выходами в сторону Элледа, поросшими изогнутыми, непривычной формы деревьями. Вчера уже под вечер мы прошли там, среди этого необычного леса в каменной пустыне, под бесконечный щебет возмущенных нашим вторжением птиц. И остановились чуть поодаль, но те самые три прохода обратно к Суурха, выжженной солнцем, я видел и теперь. Анха сказал, что ему всегда нравилось это место, особенно ночью, под светом звезд и луны. А я мечтал увидеть его днем, чтобы разглядеть получше. Кажется, оно было древним, очень древним.