Теперь, после того как Найт провел в Элледе полгода, большую часть времени тренируясь с Шааном, особенно. От того невероятно худого, долговязого мальчишки с недоверчивым пристальным взглядом не осталось и следа. Высокий, сильный, с бронзовой кожей даже зимой, совершенно черными глазами, где и зрачка видно почти не было, зато застыла та же ехидная насмешка, что у его учителя или Шаана. Он, наконец, собрал свои вечно растрепанные темные волосы в нормальную прическу, избрав ту же самую, что носили Анха, его сын и Рицико. И, конечно, я и раньше видела, что скромным тихим мальчиком Найт не бывал никогда в жизни, но такой иронии, хитрости и уверенности я все-таки от парня-раба из сарая, пусть и бывшего когда-то сыном главы целого поселения, не ожидала совершенно. Не знаю, где там Рицико разглядел в нем нерешительность и слабость, о которых теперь переживал. Может, пару лет назад, после его личной трагедии, они и были. Но Найт явно быстро учился, а примером для подражания избрал Анха и Шаана, что добавляло силы и так неслабым чертам его характера.

С моим другом детства он теперь был совершенно неразлучен. Они правда были пугающе одинаковые: оба погруженные в тренировки и изучение собственной Нити, оба насмешливые, иногда довольно жесткие в своих шуточках, но понимающие и готовые поддержать. На них обоих я могла рассчитывать, я знаю. Мне никогда в голову не пришло бы сомневаться в Шаане. А Найт… Не понимаю почему, но я доверяла ему. Может, потому что он слишком сильно напоминал мне ассадена. А может, потому что видела и его радость от нашего общения, и искреннюю любовь к Элледу, и такое невероятное уважение к Анха, что сомневаться в Найте было бы, как минимум, глупо.

Когда я добралась до его комнаты, мейедена там не было. Наверняка опять тренируется. Я забралась с ногами на подоконник, оперлась спиной о холодную стену, обхватила колени и опустила голову на руки. И просидела так, отчаянно стараясь не смотреть на Нити, наверное, с час. Дурацкая привычка вечно сканировать ткань мироздания на предмет сплетенных Воздухом узоров, вбитая в меня с самого раннего детства Рицико, сейчас откровенно портила настроение еще больше. Тут, в комнате Найта, никто не мог слушать, Анха приказал поставить защиту. А вот мне видеть Нити вместе с узорами шепота хэдденов, ограничивающими слух, было почти физически больно. На саму защиту мне совершенно плевать – если они мне понадобятся, я их найду, и Найта, и Шаана, пусть теперь и менее удобным способом. Если что-то случится, они и так будут рядом, оба. Одновременно. Но мне было до безумия страшно взглянуть на Нити и не увидеть ничего, кроме этого узора. Ничего, кроме Воздуха.