Ты в силах вынести это? Она бросила на него взгляд искоса:

– Ты, да и любой другой мужчина, кстати сказать, этого понять не можешь, но мне гораздо больше нравится быть в положении замужней женщины, чем дебютантки. А когда я нахожусь в номере пять по Брутон-стрит, где живут сейчас и Гиацинта, и Элоиза, я чувствую себя точно так, как тогда, когда только начала выезжать в свет и было столько связанных с этим правил и ограничений.

– Ну, не так-то ты их и чувствуешь, - заметил он. - Если бы ты была дебютанткой, то тебе ни за что бы не позволили идти гулять со мной.

– Верно, - согласилась она. - Особенно с тобой, надо думать..

– И как, скажи на милость, это следует понимать? Она засмеялась:

– Ну же, Майкл. Не думаешь ли ты, что тебе удалось заставить всех забыть о твоей ужасной репутации за те четыре года, что ты отсутствовал?

– Франческа…

– Ты превратился в легенду!

На лице его выразились изумление и ужас.

– Это правда, - настаивала она, недоумевая между тем, чему это он так удивился. - Господи, дамы до сих пор о тебе говорят!

– Надеюсь, они не тебе это говорят, - пробормотал он.

– Мне в первую очередь. - Она шаловливо улыбнулась. - Все дамы желали знать, когда ты собираешься вернуться. А теперь, когда распространятся слухи о твоем возвращении, станет еще хуже. Должна признаться, это престранная роль - быть поверенной тайн самого отъявленного повесы Лондона.

– Поверенной тайн, значит?

– А как еще можно назвать это?

– Нет-нет, поверенная тайн - вполне подходящее выражение. Просто если ты думаешь, что я поверяю тебе все…

На лице Франчески появилось сердитое выражение. Как это было похоже на него - многозначительно оборвать фразу на полуслове, заставить ее воображать невесть что!

– Так, значит, ты поведал нам не все индийские приключения?

Он только улыбнулся в ответ. Дьявольски.

– Очень хорошо. Позволь мне тогда перевести разговор в более приличное русло. Так что же ты все-таки собираешься делать теперь, когда ты вернулся? Займешь свое место в парламенте?

Он, судя по всему, даже не задумывался над этим вопросом.

– Именно этого желал бы Джон, - добавила она, понимая, что давит на него самым что ни на есть бессовестным образом.

Майкл только посмотрел на нее мрачно, и по глазам его она поняла, что он вовсе не одобряет такую тактику.

– И жениться тебе тоже придется.

– А ты, значит, собираешься взять на себя обязанности свахи? - заметил он брюзгливо.

Она пожала плечами:

– Если ты пожелаешь. Уж верно, я справлюсь с этим делом получше, чем ты сам.

– Боже милосердный! - буркнул он. - И это мой первый день дома. Неужели необходимо заниматься этим прямо сейчас?

– Да нет, конечно, - уступила она. - Но скоро все равно придется. Ты ведь не становишься моложе.