Тон её нейтральный, но во взгляде сквозит что-то неприятное, поэтому я просто киваю, чтобы не завязывать беседу.

– Не буду мешать, – говорю я куда-то в пространство между ней и Сашей, собираясь слинять из столовой.

Мне почему-то очень неприятно видеть их так близко друг к другу.

Неужели это ревность?

Одной ночи хватило, чтобы я стала считать Сашу своим?

С этим нужно что-то делать. Я не хочу, когда сделка закончится, стать такой же, как Катя.

Я помню, как она появилась. Очкастая серая мышка, смотревшая откровенно влюблёнными глазами на босса, который не обращает на неё внимания как на женщину. Ничего удивительно, зачем ему на работе брошенная любовница? Обиженная женщина – это страшное оружие, это сотрудник, которому больше нельзя доверять. Зачем создавать себе возможные проблемы, когда Марич и так окружен горячими на все согласными красотками?

Катя постепенно расцветала, превращаясь в весьма эффектную девушку, но отношение Марича к ней не менялось. Все ухищрения косметологов, фитнес-тренеров и стилистов оказались бессильны. На паре приёмов, где она присутствовала, я замечала её больной взгляд на Сашу, который она прятала за фужером.

Тяжело, наверное, видеть, как он раз за разом выбирает не твою постель.

Катя вызывает жалость, и я не хочу так.

– Настя, останься. Мы уже закончили. Екатерина уже уходит.

Мне кажется, что Катя собирает документы очень нервно.

Я испытываю иррациональную неловкость за то, что ей ничего не светит с Сашей. Мне, собственно, тоже светит только секс, но судя по Катиному взгляду, она бы с удовольствием поменялась со мной местами. Слишком пристально она разглядывает мою шею там, где я замазала тоналкой следы от губ Марича.

Катя выходит с напряженной спиной, чуть не сбив Анну с подносом. Я слышу, как она автоматически извиняется, и улавливаю в голосе надтреснутые нотки.

Как женщина я догадываюсь, что сейчас испытывает личный ассистент, и вроде бы это ее выбор – оставаться рядом с Сашей, но я его не понимаю.

Я бы уволилась.

Я отпиваю кофе, и он горчит. Осознанием, что у меня и выбора нет. Когда все закончится, наши пути разойдутся. Мой первый мужчина обо мне сразу забудет.

– Звонил Макс, – Марич дожидается, пока Анна выйдет. Ему принесли только кофе, он завтракает рано, а я сегодня дотянула почти до обеда. – Проверили все сохранившиеся записи с камер с момента звонка домработницы тебе и до нашего появления. В подъезде – ничего, камера на твоей площадке направлена в сторону лестницы. Окна в квартиру были заперты изнутри, так что наем акробатов и промышленных альпинистов отметаем. Значит, кто-то прошёл через крышу из соседнего подъезда. В управляющей компании ключи не теряли и никому не отдавали. Могут врать, но в пользу того, что это правда, говорят явные царапины на замке.