Какой бы ни была его жена, уж точно она не заслужила такого отношения, раз он её выбрал и женился. Да и Дашкин Валера тоже. Спокойный парень, добрый, заботливый. Обидно за него.

Лера горестно вздохнула. Чужая семья, как и душа, — такие потёмки. Но сами разберутся. У Леры и своих забот невпроворот.

Пока между монументальных колонн фойе Эрмитажа их группа ждала экскурсовода, Лера позвонила маме. И чуть не проворонила начало экскурсии, отойдя в уголок с телефоном.

Именно Неверов её и позвал, хотя до этого Лера его не видела.

— Как отец? — спросил он тихо, пока они поднимались по красной ковровой дорожке парадной Иорданской лестницы Зимнего Дворца.

— Без изменений, — вздохнула Лера, краем уха слушая, что им рассказывает экскурсовод.

Он ободряюще пожал её руку чуть выше локтя и отошёл.

«Скоро на мне, как на карте, можно будет красными флажками отмечать, где он ко мне прикоснулся, — усмехнулась Лера, задрав голову на белый мрамор балюстрады. — Но, может, оно так принято в столицах?»"

"Серый камень колонн, роскошная позолота гипсовой лепнины, размах фантазии Растрелли — всё здесь поражало воображение.

И Атлант с декоративной скульптуры эпохи Древнего Рима посмотрел на Дашку так же печально, как и Лера. Та же следила за Неверовым так же тщательно, как боги Олимпа взирали на толпы смертных с огромной картины на потолке.

— О чём он тебя спросил? — притиснулась Дашка поближе.

— Не соглашусь ли я провести с ним ночь в люксе, — ответила Лера невозмутимо.

— Дура, — ткнула её Дашка в спину и побежала вверх по лестнице, куда Неверов уже поднялся впереди всей группы.

Прогулка по Эрмитажу обещала быть долгой, но, судя по скорости, с которой неслась их экскурсовод, большую часть времени они планировали именно бегать.

Первая остановка — у золотых часов. К сожалению, подойти к ним оказалось практически невозможно. Лера предпочла разглядывать большое панно из флорентийской мозаики на полу, чем толкаться у стеклянного куба с этим «Павлином».

— Вот за это и не люблю «Эрмитаж», — Неверов, словно прочитав её мысли, тоже заглядывал за ограждение мозаичного круга. — Огромные расстояния и везде толпы народа.

— А у фонтанчика никого нет, — переместилась Лера к закреплённым на красном мраморе белым ракушкам и подставила ладони под воду, которой там не было.

— Сфотографировать вас?

— Не, я не любитель, — Лера сделала вид, что пьёт из ладоней. И засмеялась, когда Неверов, воровато оглядываясь, сделал вид, что плескает в подмышки, подыграв ей.

— Лера, пошли, — крикнула ей недовольно Дашка. Она, наоборот, привыкла быть везде в первых рядах, а потому пробилась к самому стеклу часов и теперь выбиралась из толпы, махая Лере рукой.

— Как она за вами следит, — усмехнулся Неверов.