Нина Григорьевна потушила окурок об столбик забора, кинула его в мусорный мешок под благодарственный кивок молчаливого дворника и села на заднее сиденье, даже этим дав понять, что Лерино место рядом с Кириллом.

Всю дорогу говорили про деда. Про его трудную жизнь, про сложный характер, про упрямство и прямоту, про безошибочное чутьё на людей. Про их «породу», от которой Кириллу досталось так много. Про Игоря, который был совсем другим.

И Лера была бесконечно благодарна Кириллу за то, что он познакомил её со своим выдающимся дедом. А деду за то, что сразу и бесповоротно обозначил её место в своей семье и в жизни Кирилла.

С Кириллом, с его дедом, а теперь и с его мамой Лера чувствовала себя очень уютно, единым целым. И было очень грустно, что деда с ними больше нет.

В трёхкомнатной квартире, тесной, старенькой, но с хорошим ремонтом, их встретил звонким лаем крошечный, рыжий с проседью йорк.

— Домовёночек мой, — подхватила его на руки Нина Григорьевна. — Знакомься, это Лера.

Пёсик в ответ громко залаял, подрагивая седым пучком убранных под заколку волос, пока Кирилл помогал Лере раздеться.

— Лера — это Кузя, — передала Лере терьера мама и ушла хлопотать на кухню.

Кузя ещё тревожно принюхивался к незнакомым запахам, когда Кирилл решительно переложил его из Лериных рук на кушетку, чтобы Леру, наконец, по-настоящему обнять.

И, прижимаясь к его голой шее, зарываясь руками в его волосы, вдыхая его запах, Лера осознавала, как бесконечно по нему соскучилась. Хотя и не понимала, как. Как она вообще продержалась столько дней без него?

— Ты не представляешь себе… это так важно для меня, что ты приехала, — Кирилл погладил Леру по голове, словно тоже не мог поверить в её реальность.

Потёрся небритой щекой об её руку, прижался губами ко лбу. Они так истосковались друг по другу, что даже этого казалось много. Просто запах, просто тепло, просто любимые руки — и не нужно большего. Сейчас эмоционально большего просто было не вместить. Даже от лёгкого поцелуя, что Кирилл оставил в уголке губ, заложило уши.

— Лера, ты будешь чай или кофе? — крикнула из кухни мама. Лера едва услышала её голос.

— Ты уже купил кофе? — переспросила она у Кирилла, возвращаясь в реальность.

— Я и забыл, как много ты обо мне знаешь, — улыбнулся он и крикнул: — Мам, спасибо, мы сами! Иди отдыхай!

В его кармане заурчал телефон.

— Проснулась? — хмыкнул он, глядя на абонента, и снова крикнул через коридор: — Как думаешь, что сказать Вальке?

— Что она сучка крашеная, — выглянула мама.

И Кирилл согласно кивнул и сбросил звонок, увлекая за собой Леру в комнату.

— Вот пусть звонит в больницу и узнаёт сама.

Но не успел спрятать телефон, как он разразился новой трелью.