– Тёма, я хочу домой, – произнесла жалобно, самой себе напоминая в этот момент капризного ребенка. Но пережитый кошмар был еще слишком ярок в памяти. – Не хочу оставаться одна.

– Я только выполняю приказ. Демиду надо с тобой поговорить. А к ужину вы приедете домой. Родители уже в курсе.

– Мне страшно. И эти типы теперь будут постоянно мерещиться...

– Они в тюрьме. Брат ни за что не стал бы подвергать тебя опасности. Да и ты не из тех, кто всего боится.

Артем подмигнул, но я была не согласна.

Я боялась. И еще как.

– Я вовсе не такая смелая, – призналась, надув губы.

– Сашуль, ты не останешься одна. До приезда Дёмы я буду с тобой, так что не стоит переживать.

– Мог бы сразу об этом сказать! – вздохнула с облегчением и тут же поспешила добавить. – И можешь не исчезать, когда приедет твой брат.

Да. Я опасалась оставаться наедине с Гадаровым средним. Потому что он непременно заведет сложный разговор, который я бы с удовольствием отложила. При Артеме же была большая вероятность, что беседы на волнительную тему не состоится.

– Трое – это уже толпа, – рассмеялся друг. – А мой братишка не тот человек, чтобы оказаться одним из толпы.

Да уж, Демид другой.

С этим я была согласна и руками, и ногами.

– Мне немного страшно.

Думала, что произнесла про себя, но по взгляду и ответу Артема поняла, что выложила свои опасения вслух.

– Не бойся. Подонки за решеткой, а твой принц вместе с тобой. Совсем как в кино, которое ты так любишь смотреть по вечерам.

Растянула улыбку, чтобы не огорчать спутника, но его слова не принесли утешения. Потому что как бы ни старалась, ничего нового он не сказал.

У моего подъезда дежурил полицейский, который кивнул Гадарову младшему, стоило нам приблизиться. Мужчины явно знали друг друга или же прежде уже виделись.

Ситуация, по-видимому, действительно была серьезной, но мне не хотелось думать о том, что преступники могли сделать вчера со мной и Алисой. Демид же легко мог все объяснить.

При мысли о любимом ощутила знакомый внутренний трепет и тепло в области груди.

При всем желании реагировать на него по-другому не выходило. Да и не хотелось.

Стоило войти в здание, как мы сразу натолкнулись на Рублева. Он явно нас поджидал, потому что без разговоров вознамерился сопроводить меня до квартиры. Узнав о моем самочувствии, шеф с гордостью продемонстрировал шишку на лбу и царапины, словно это были медали за боевые заслуги.

– Александра, представляешь, Елена решила вернуться, как только узнала, какой я подвергся опасности! – начальник сиял от счастья, как самовар на солнце, и горел желанием поболтать подольше, чтобы выплеснуть эмоции."

"– Извините, – остудил его пыл Артем, когда мы подошли к квартире, – но Саше не разрешены посетители и нужен полный покой.