Ну и четыре, его влюбленные фанатки меня реально под кустиком прибьют и там же прикопают. Нет, я не боюсь. И плевать даже на всякие там сплетни, слухи и бурное обсуждение моего нравственно падения. То бишь коварную и наглую измену самому (о ужас!) Громову.

Кир, кстати, оценит и даже посмеется.

Но я не горю желанием отбиваться от женской половины нашего студенческого городка, включая первокурсниц, старшекурсниц, старост, некоторых преподов и даже персонала! Нафиг, нафиг мне такое счастье!

— О чем задумалась? — насмешливо поинтересовался предмет моего интереса, укутанный сегодня в дорогое черное пальто.

Не в мою ли честь такое преображение? Если так, то в пору начинать собой гордиться!

— О тебе мой дорогой, — изобразила томный взгляд и влюбленный вздох, выставляя локоть на подлокотник, подпирая щеку кулаком и хлопая ресницами. — Все мои мысли принадлежат тебе!

— Язва, — с ноткой обиды отозвался Исаев.

— Нехристь, — не осталась я в долгу.

— Оторва!

Ха! Не удивил!

— Ну точно нечестивец….

— Ничья, — усмехнувшись, вынес вердикт Демьян, спокойно заруливая в мой район. — До дома донести, калека?

Тьфу ты. А вот это уже чуток обидно! Вот не умеет кто-то вовремя остановиться… И что мне с ним, с таким глупым, прикажете делать? Пожалеть и в лобик чмокнуть, аль из жалости добить?

— Эх, Исаев, умеешь же ты всю малину испоганить, — вздохнула я, отстегивая ремень.

Честно, на минуточку мне даже грустно как-то стало. Вот всем, казалось бы, хорош поганец. И фигура, и фактура, и даже мозг имеется! Но ведет себя иногда как третьеклассник, бьющий понравившуюся девочку по голове портфелем. — Ладно, спасибо что подвез. Увидимся в универе.

— Ань, ты что, обиделась? — удивленно посмотрел на меня парень.

Я только усмехнулась, выбираясь наружу и, махнув ручкой, захлопнула дверь кроссовера.

И даже успела прошмыгнуть в подъезд до того, как кое-кто успел до него дойти. А ведь собирался, кстати!

Усмехнувшись, невозмутимо дошлепала по лестнице до пятого этажа, почти что даже не хромая. Открыла дверь, зашла домой, включила свет в прихожей… и, бросив ключи на полку, прислонилась к стеночке."

"Как-то вдруг Исаева в моей жизни стало слишком многовато. И не могу сказать, что это выбивало меня из привычной колеи или порядком раздражало, но от его активного внимания я порой начинала просто уставать.

Да только он, кажется, сдаваться-то не собирался!

Даже интересно, чего вчера-то не явился, раз так скучал? Хотя оно-то как раз и понятно. Разозлился на звание коника, на присутствие Богдана, решил, значит, что его неземная красота без моего рыжего внимания вполне прекрасно обойдется.

Не обошлась! Не выдержал, бедняга, аж в семь утра примчался, сгорая от ревности, страсти, ну и чем там еще его голова была забита?

В кармане пиликнул телефон.