— И эта девушка будет моим адвокатом!

— Однако, — невозмутимо так продолжила Фроз, оглядев обстановку разбитой бильярдной, побитого «мачо», пугливо жмущуюся к стенке официантку с разорванной блузкой, растрепанными волосами и алым пятном на скуле, грозящим вот-вот перерасти в нехилый синяк. — Есть другая сторона вопроса.

— Чего? — недоуменно выдал непонятливый клиент, а злой как стадо чертиков Михась, оставшийся сегодня без Арины, отпросившийся на подготовку к зачету, а следовательно, без живительного напитка, просто, но вдохновенно матюгнулся.

А Фроз равнодушно продолжила:

— Статья сто тридцать вторая: «Насильственные действия сексуального характера». Статья сто тридцать третья: «Понуждение к действиям сексуального характера». Статья сто тридцать пятая: «Развратные действия». Статья двести тринадцатая: «Хулиганство». И все признаки сто пятнадцатой статьи: «Умышленное причинение легкого вреда здоровью». И, конечно же, сто тридцать первая статья: «Изнасилование»… Не полностью. Но попытка все же имела место быть…

— Администрация клуба «Максимус» предлагает разрешить конфликт мирным путем, — тут уже вклинилась я после Эльзы, но таким же убийственно-холодным тоном.

 — Вы должны немедленно сдать свою карту вип-клиента. Вы, как и список ваших гостей, отныне являетесь персоной нон-гранта в нашем клубе. К тому же, вам необходимо в кратчайшие сроки принести свои глубочайшие извинения пострадавшей девушке, а так же в трехдневный срок перечислить на ее счет сумму, указанную нашим юристом. Он свяжется с вами в ближайшее время. Наши требования вам ясны?

— Вполне, — задавленно отозвался потрепанный мужчинка, с заметным трудом соскребаясь с гладкого чистого пола.

— В таком случае, будьте любезны проследовать на выход, — любезно улыбнулась Фроз, красивым жестом отступая от двери.

И парень-то ушел, сам, нов сопровождении охраны, да только…

— И… кто это? — равнодушно поинтересовался Лександрыч, закуривая сигарету и раздраженно шмякая кончиками пальцев по столу.

— Изабелла Александровна Араньева, — представила я подругу, едва сдержавшись, чтоб банально не раскланяться.

 — Ваш новый администратор, прошу любить и жаловать!

— Эльза, — спокойно усмехнувшись, оглядывая всех присутствующих, добавил мой любимый жуткий мороз во плоти.

Харлей посмотрел на нее… Переглянулся с Михасем. Вспомнил физически приголубленного собственной рукой и морально уничтоженного нашими с Эльзой точными фразами, охреневшего в конец и недальновидного гостя.