— У тебя и просто? — хмыкнул миллиардер. — Даже где-то верю. И все-таки, может, ты свое поведение объяснишь?

Богдан только иронично вскинул брови.

— Воспитал самостоятельного засранца на свою голову, — поморщился Полонский-старший, нервным движением расслабляя галстук на шее. Сложив руки на стол перед собой, сцепив их в замок, он медленно и неохотно признал. — Хорошо, Никита виноват. Но кто мог подумать, что девчонка вдруг решит сбежать от него?

— Ей нельзя в больницу, — коротко отозвался Богдан и, впервые за все время, поднял голову, пристально и холодно смотря на отца. — Кто тебя вообще просил вмешиваться?

Максим Полонский невольно поежился, вполне осознавая свой промах. Собираясь просто поговорить с девчонкой, на которой вдруг оказался повернут его собственный сын, меньше всего он ожидал покушения, причем не на себя. И еще меньше он ожидал того, кем на самом деле оказалась рыжая оторвочка, как и то, что своим неосмотрительным поступком сломал тщательно продуманный и выверенный до мелочей план младшего Полонского и Громова.

— Если бы не граната, ты бы мне еще спасибо сказал, — не собираясь признавать вину вслух, хмыкнул миллиардер. Закурив, он нервным жестом провел по волосам и снова посмотрел на сына. — Что теперь будешь делать?

Богдан не ответил, сунув руки в карманы черных джинс, отстраненно и равнодушно смотря перед собой. В высоких армейских ботинках, в черном свитере, с серебристыми волосами, молчаливый — он казался простым мальчишкой.

На первый взгляд.

Полонскому-старшему уже было знакомо это состояние сына — он только с виду казался равнодушным, а в голове его в это время обрабатывались, словно на компьютере, сотни подходящих вариантов. Один за одним, медленно и методично, рассматривая каждую мелочь и все детали и ровно до тех пор, пока не сложится один единственный, но верный план. И еще пара запасных на всякий случай.

Стоило уже, наконец, признать, что мальчишкой-то он уже давным-давно не являлся на самом деле.

— То же, что и раньше, — спокойно откликнулся Богдан, не глядя на отца. — Приеду к Исаеву и поставлю его перед фактом. Либо на место Воронцова становлюсь я, либо в скором времени его корпорация перестает существовать.

Это он и собирался сделать… сегодня, пока Воронцов был бы занят встречей с дочерью. Люди Громова не дали бы им уехать раньше времени, а Исаев не мог не согласиться и сам бы разорвал контракт, оплатив Воронцову неустойку, которую с лихвой компенсировал бы ему Богдан.

Когда Аня вместе с отцом и в сопровождении вернувшегося Кирилла поехала бы подписывать договор о помолвке, их самих бы ждал отказ…

Но все планы полетели ко всем чертям благодаря одному человеку, решившемуся влезть не в свои дела.