На это Ольма сказала:

– Граф, а как бы себя чувствовали вы, если бы у вас убили отца, и смерть стала угрожать бы и вам, и надо было бежать оттуда, где вы прожили всю свою жизнь? А впереди неизвестность: как примет герцог, как жить дальше… И еще много-много как и что…

Мы сидели и тихо разговаривали, на траве еще лежала роса, и первые лучи солнца лишь окрасили верхушки деревьев.

– Так что, граф, не стоит обижаться на ее высочество, – в заключение беседы положила фрейлина свою руку на мою ладонь.

В это самое время из палатки вышла принцесса. Ну и началось: и зачем мы пытаемся сделать тут дом свиданий, и почему я имею наглость соблазнять ее фрейлин, и лучше бы приготовил завтрак, а то с такой скоростью мы попадем в Сармию в следующем году, и так далее…

Глава десятая

Края, по которым мы продвигались, были малолюдные, за все время мы не встретили ни одного человека. Я даже расслабился немного, и Ларт, смотрю, тоже чувствовал себя нормально. Когда солнце перевалило на вторую половину дня, я почувствовал свежесть от близкого водоема. Еще несколько сотен метров, и вот я стою на крутом берегу протекающей внизу реки. Дни стояли жаркие, дождей не было, и река заметно мелела, что было видно по берегу. Ну что же, пока будем тут находиться, найдем брод и переправимся."

"Проехав вдоль берега, мы нашли приличную поляну, почти всю окруженную густым кустарником. Нашли ее совершенно случайно: буквально из-под ног выскочила небольшая косуля и кинулась в сторону, убегая. Я выстрелил и видел, что попал, но косуля влетела в стоящие сплошной стеной кусты и пропала. Я спешился и, почти не надеясь, отодвинул ветки куста. Впереди открылся проход, прекрасная поляна, пригодная для стоянки и отдыха. Буквально в двух шагах от прохода лежала косуля.

Сегодня привал устраиваем рано, солнце только перевалило за полдень. За эти дни само собой распределилась работа по устройству и сворачиванию лагеря. Не было ни суеты, ни толкотни, даже принцессе находилось дело, а она, впрочем, и не возражала. Распрягли коней, установили палатку, разожгли костер и заготовили сушняк. Когда кони остыли, дамы повели их на водопой, заодно и сами умывались и обмывались. Мы с Лартом принялись за разделку косули. Очень вовремя она нам попалась, за эти дни уже приелась похлебка или каша с копченым окороком, и хотелось чего-то другого.

Вырезав печень, я отложил ее для котят. Никто из попутчиц за все время совместного движения так и не догадался, что у нас помимо лошадей есть еще животные. А ведь прошло уже почти две недели со времени появления у нас котят, за это время они немного подросли и заметно потолстели, стали такими толстыми пушистыми шариками. Не то чтобы мы с Лартом строго хранили нашу тайну: просто женщины уставали так, что падали спать сразу после ужина.