Обри стояла сейчас передо мной, и мне показалось, что с плеч свалился непомерный груз. Впервые я мог быть с ней по-настоящему, без опасений и неопределенности.

Я дернул себя за волосы, глядя на Обри сверху вниз, и покачал головой.

– Я даже не знаю, с чего начать. Я столько всего хочу проделать с тобой.

– Я ко всему готова.

– Уверена?

– Да.

– Тогда я думаю, для начала, я должен оттрахать тебя как следует. Ты не против такого предложения?

В ответ она молча скинула через голову сарафан. Когда она сняла трусики, я тоже поспешно начал раздеваться. То, как она смотрела на мое тело, возбуждало меня еще больше. Вся моя сдержанность, выработанная за последние несколько недель, к этому моменту испарилась, как будто ее и не было.

– Боже милосердный, – только и смог выдохнуть я, глядя на ее обнаженное тело при дневном освещении. Она выбрила свой великолепный холмик, оставив тонкую полоску волос посредине. Мне так хотелось смаковать каждый участок ее прекрасного тела, но только не в этот раз. Все это будет позднее. А прямо сейчас я должен был просто удовлетворить свою страсть.

Я схватил ее за талию и рывком притянул к себе. В следующее мгновение ее ноги обвились вокруг меня, а я приподнял ее и нанизал на мой изголодавшийся член.

– А-а-а… – не смог сдержать я вопля, настолько нестерпимо мучительным и сладким было проникновение в ее тело. Ничего лучше этого не происходило со мной за всю мою жизнь.

Мы даже не пытались сдвинуться с этого места. Ее спина была прижата к двери моей спальни, и я входил в нее снова и снова, жестко и беспощадно, подчиняясь бешеному ритму нашей страсти, а Обри умоляла меня удвоить усилия. То ли потому, что я был сейчас с любимой женщиной, то ли потому, что ждал этого так долго, но никогда еще я не испытывал такого острого наслаждения. Ее тесная горячая плоть, истекающая влагой… ее стоны и дыхание – все было абсолютно идеальным, словно сотворенным только для меня и на всю жизнь.

Плотно обхватив руками ее ягодицы, я почувствовал спазм мускулов вокруг моего члена.

– Давай, Обри. Кончай прямо сейчас. Освободи себя.

– Произнеси мое имя, когда будешь кончать. Мне так нравится, как ты произносишь мое имя, – прошептала она.

Когда я кончал внутри нее, я беспрерывно повторял ее имя, с каждым толчком:

– Обри…блин…Обри… боже… Обри…Обри…Обри-и.

Мы стояли, все еще соединенные, прижавшись друг к другу лбами.

– Я люблю тебя, Обри.

– Это был долгий путь навстречу друг другу, но он того стоил, – сказала она.

– Стоил, каждую секунду.

Мы долго стояли, не меняя позы, пока я наконец не отпустил Обри.

– Есть хочешь?

– Немного.

– Давай покормим тебя чем-нибудь… кроме меня самого. Тебе потребуются силы для второго раунда.

Я натянул трусы и майку и набросил на Обри свою тенниску.