— Мы здесь на две недели, — она откладывает вилку, смотрит на меня, поднимает стопку, — а потом?

— Потом - посмотрим. Тут сдохнут или ишак, или падишах.

Марта поднимает бровь, удивляясь моей эрудированности. Или просто удивляясь. Вообще, она выглядит на редкость трезвой и здравомыслящей.

Не пойдет, я уже полушёпотом говорить начал, а у неё взгляд не стеклянный.

Прищуриваюсь, залпом глотаю коньяк, выжидательно смотрю на нее.

Она задерживает дыхание, повторяет за мной.

И тут же опять открывает рот, пытаясь захватить побольше воздуха.

Сексуальная, пиздец, какая.

Давай, Чертовка, еще по одной сразу.

И хватит, пожалуй.

Тяжёлый день, несколько стопок коньяка, сейчас она насытится и вырубится.

Это не подходящий вариант.

Свеча горит, неплохо освещая кухню. На потолке и за спиной Марты танцуют причудливые изогнутые тени. За окном вовсе не тёмная ночь, а северные сумерки. Небо чистое, пропускает свет луны и звёзд, и Марта в таком странном сочетании мерклого освещения кажется мне невероятно красивой. У неё правильные черты лица, совершенно не волевые. Капризный изгиб пухлых губ. Папочкина дочка…"

"Она ведомая, она мягкая, доступная, в ней преобладает женственность, то тепло, которого мне так не хватает последние годы.

Мы смотрим друг на друга через неровный язык пламени, и этот огонь отражается в ее темных чертовских глазах.

Хватит, пожалуй, ждать.

Слишком много растанцовок.

Я аккуратно ставлю свечу на подоконник, туда же отправляю бутылку коньяка. Тарелки в сторону. Марта молча следит за моими движениями, невольно подрагивая ресницами.

Но не спрашивает ничего.

Ждет.

Хорошая девочка.

Встаю, протягиваю руку, чтоб поднять ее со стула.

— Кирилл, я…

Марта пытается что-то сказать, уже, наверняка, понимая мои намерения.

Да и сложно не понять, учитывая, как я ее весь ужин глазами жрал, и член ломится из штанов.

Разговоры нам не нужны сейчас, отвлекают.

Привлёкаю растерянную девушку к себе и затыкаю жадным поцелуем возможный протест.

В прошлый раз она не стала возражать.

Не успела.

А потом… Потом и незачем было.

Надеюсь, сегодня будет так же. А то церемонии, церемонии…

Она вкусная. Еще вкуснее, чем я запомнил.

Меня пьянит моментом, словно весь тот небольшой объем коньяка бьет в голову, заставляя обезуметь.

Держу ее, засовываю язык в податливо распахнутый рот, прикусываю нижнюю губу, жадно, бешено, словно хочу выпить всю её душу, всё её сердце, забрать себе, в себе хранить.

Этот запах… Её нежный аромат, улавливаю на шее, когда с поцелуями спускаюсь ниже. Шампунь здешний, запах порошка от одежды моего сына создаёт ощущение, будто мы с этой женщиной имеем общий быт, живем вместе, и вообще всё происходящее нормально и правильно.

Усаживаю Марту на стол, вставая нагло между её ног, не отрываюсь от поцелуев.