— И еще написано, что ты по ночам куда-то вместе с конструктом ходишь… Возвращаешься после одиннадцати, разлагаешь дисциплину, попираешь установленные в «Китеже» правила… Самым наглым образом причем… В общем, много чего тут Егор Никитич накатал. Видимо у него на тебя зуб.

— Да врет он все, Иван Федорович, — пожал я плечами. — Я с Борисом и выходил-то всего один раз, и то по делу. Опоздал немного, это было. Ну так на пять минут всего, не много ведь… Кстати, я вчера им предложил помощь по восстановлению шлагбаума. Знал бы, что кляузу напишут, не предлагал бы.

— Это не кляуза, а докладная записка, — поправил меня Орлов.

Немного помолчали. Он смотрел на меня, а я на свои ботинки под столом.

— Куда ходил ночью? — спросил директор, а затем пододвинул в мою сторону вазу с конфетами, которая всегда стояла у него на столе.

Моих любимых не было, но зато имелся «Кара-Кум», что тоже было отлично. Я взял конфету и начал не спеша разворачивать фантик, раздумывая как лучше начать.

— Просто интересно, какие такие дела могут быть у ученика третьего курса, ради которых он уходит из школы по ночам, — в этот момент Орлов сложил руки в замок и наклонился над столом. — Наверное, согласно профилю, какие-то темные делишки… Да, Максим? Только не разочаровывай меня, хочется услышать что-то интересное.

— Несколько дней назад Бродяга пропал, — начал я. — Сразу после того, как его Рябинина вылечила, он куда-то ушел.

— Знаю, — кивнул директор.

— Ну а вчера нашелся, получается, — сказал я и слопал конфету. Вкусная… Давненько я их не ел… — Иван Федорович, я тут подумал… Может быть, нам нужно в «Китеже» волшебную рощу завести?

— Зачем это? — удивленно спросил он. — Мне вполне хватает и твоего дуба, который раз в неделю шлагбаум ломает, а ты мне рощу предлагаешь. Хочешь, чтобы у нас вокруг школьных заборов всегда строительная техника стояла, которая все время будет поломанные заборы ремонтировать?

— Почему? Не обязательно, — сказал я и взял еще одну конфету. — У меня просто есть на примете одна роща. Вполне себе приличная, на первый взгляд. Правда в ней всего три дерева, не считая Бродяги, но начнем с чего-нибудь, а там, глядишь, другие подтянутся.

На этот раз молчали чуть дольше. Я успел слопать вторую конфету и уже даже начал разворачивать третью, когда Орлов наконец спросил:

— Какая волшебная роща, Максим? Ты сейчас серьезно говоришь или шутишь?

— Какие уж тут шутки, Иван Федорович. Вы же спрашиваете, где я вчера был, вот я и рассказываю, — ответил я и пожал плечами. — Ходил с Борисом за территорию, чтобы познакомиться с живыми деревьями. Их там целых три штуки, ну и мой Бродяга четвертый, получается. Правда, он пока же не живое дерево вроде бы.

— И где ты их нашел, эти живые деревья? — спросил он тяжелым голосом.