Почти как у всех выпускников «Черного Плюща». Если только не считать Одаренных дворян, которые в это заведение ради острых ощущений поступали… Вот потому и пошли. Знаете, сколько ее яд стоит? Так-то она вообще тварюка редкая. Не каждый год попадается даже.

— Не-а, — честно ответил я. — Что-то не припомню, чтобы мы эликсиры с этим компонентом делали…

— Потому что из него очень сильные яды готовят, которыми в вашей лавке не торгуют, вот потому и не помните, — объяснил Ибрагим. — Вот как начнете на черном рынке всякими запрещенными эликсирами торговать, тогда и с этим компонентом познакомитесь.

— Даже не думай об этом, мальчик мой, — на всякий случай предупредил меня Дориан. — Мы же с тобой темные маги, а не разбойники с большой дороги. К тому же дворяне!

— Ты чего это переполошился? — удивленно спросил я у Мора. — Больно надо мне на черном рынке приторговывать… Ко мне в «Китеж» и без этого полиция почти каждый месяц приезжает…

— На всякий случай сигнализирую, что я против! — ответил мой друг.

Хрусть… Хрусть… Хрусть…

— Да… Жаль твоего приятеля… — задумчиво сказал барон после некоторой паузы. — Терять друзей — это самое паршивое дело. Если, конечно, это именно друзья…

— Расскажете как-нибудь? — спросил я и посмотрел на дядю Игната.

Я просто обожал истории, которыми он иногда делился со мной и Лешкой Нарышкиным. Всегда что-то такое, что обязательно запоминалось навсегда. Он был богат на разные истории. Иногда веселые, иногда не очень, но ни одна из них не забрала наше с княжичем время впустую.

— Как-нибудь расскажу, — пообещал он. — Когда настроение будет подходящее.

Угу, понятно. Значит за каким-нибудь торжеством, между делом. Подходящее настроение у дяди Игната обычно бывало, когда он с Лешкиным отцом вино пил.

— Тихо всем! — сказал Ибрагим и поднял руку вверх.

Хрусть… Хрусть… Хрусть…

— Громобой, ты что, глухой⁈ Стой тебе говорят! — прикрикнул на него Турок.

— Чего еще? — обернулся здоровяк и видя, что все застыли, тоже замер и прислушался.

— Писк прекратился… — выразила общую догадку Серебро и все дружно повернули голову в сторону пирамиды. Теперь она уже была практически рядом. Нас от нее отделяло всего каких-то шагов сто, а, может быть, и того меньше.

Вокруг в самом деле была тишина. Поначалу меня раздражал этот дебильный писк, теперь вот бесило, что вновь стало тихо. Это означает, что вновь что-то изменилось, а с учетом истории, которой поделился с нами Ибрагим, любые изменения — это хреново.

— Может она там сдохла, эта демопендра? — предположил Федор. — Допустим, ее сначала камнем придавило, а потом она…"

"В этот момент я почувствовал, что земля под моими ногами вновь задрожала. Только как-то необычно… Это было похоже…

— Макс, я могу ошибаться, но под нами кто-то лазит! — закричал Мор.